Окружение.

Вообще, двор, в котором я жил, и все его обитатели, так или иначе, были частью большого бандитского района.
Самого детства мы знали, что будем сидеть. Важно было за что сидеть.
Все знали, что сидеть за изнасилование – постыдно. Сидеть за ограбление банка, престижно. Но как его ограбить?
Ходило множество баек и историй, как то там, кто-то ограбил банк и даже как он его ограбил и не попался. Собственно слово «ограбил» было не точно и не употреблялось.
Говорилось: «Сделали банк». Сделать банк всегда нужно было так, что бы в банке об этом узнали потом. Именно грабить банк, придя в него с оружием, даже не рассматривалось. Ясно же, что просто постреляют.
Поэтому, раз все равно сидеть, каждый, что бы подготовиться, должен был выбрать за что.
Конечно, можно и не торопиться выбирать, время есть. Вот я и не торопился. Но порядки тюремные, ну как там себя вести, чтобы не спать у параши, учили все.
Рядом в 75 дворе (по Свердлова), жил Уля (Улько), который уже сидел по хорошей статье «за драку».
В семь лет, у меня в кармане появился ножик. А когда я вернулся с Второй Прозоровки, где жил с бабушкой и дедом, у меня появился первый мелкокалиберный самострел.
Самострелы мы с Вовкой хранили в тайнике, за сараями. И там же их испытывая.
Уля, был некоторым символом того, чего может добиться простой сильный парень. Но не всем так везло. У многих родители так и не сидели.
Кроме того, время было послевоенное.
Между улицами Шмидта и Философской, чуть выше автобусного депо и не доходя до санстанции, была развалка. То есть, квартал еще не снесенных после бомбежек домов.
До войны в развалке была больница.
Мы лазили там по разрушенным этажам, по подвалам.
Был там длинный подземный ход, который мы так никогда до конца не прошли. Мы брали факела, потом появились фонарики, но пройдя по этому ходу, какой-то из его развилок, метров двести, останавливались и шли назад.
Собственно у нас и не было цели дойти его до конца. Вовка говорил, что дальше висят гранаты. Мы в развалке собирали «трофеи». Трофеями были патроны, ампулы с какими-то лекарствами. Трофеями было все, сто можно было бросить в костер и услышать во взрыве эхо прошедшей войны.
Войну мы играли постоянно.
А еще, найти трофеи можно было возле казарм.
Между домами, где мы жили и тюрьмой, на верху Чичерина, была огромная военная часть.
Там можно было найти или украсть все. Однажды мы стащили мину от миномета, которую мой отчим отправил в туалет.
Вовка говорил, что внизу нашего туалета, можно было бы найти и немецкие автоматы. И мы бы нашли, если бы не несколько метров дерьма.
К нам во двор, периодически приезжала ассенизаторная машина, которую все называли «гомнососка», но ее цистерны никогда не хватало, чтобы высосать все дерьмо из под нашего дворового туалета. Но примерно на год, места для нового дерьма, хватало.

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.


шесть + 9 =