Зеленые человечки 5

Продолжение ранее опубликованного

Глава 14. Земля.

29 апреля космический корабль Луч 22, класса Тьян3 приближался к Земле. Сергей встречал Землю в капитанской рубке со своим эскортом, Вадимом и Валеркой. Он наблюдал, как искусно провели переговоры с вегетарианами и как им сообщили, что все проблемы остались на Фаэтоне.
Сергей наблюдал, как были запущенны как спутники, которые превратят девятнадцать миллиардов вегетариан в растения.
Через час, модуль с бойцами окажется на Луне и там начнется схватка
И Сергей знал то, чего еще не знал ни кто, кроме него и его компании. Через 1 минуту после запланированной отправки первых модулей, на Землю, прозвучит аварийная команда и корабль, должен будет совершить посадку на Землю целиком.
Посадка по расчётам Филиппа, должна была пройти в районе востока северной Африки.
Оставалось меньше часа до очень важных событий, но Сергея одолевали совершенно иные мысли.
Ровно год прошёл с того момента, как его арестовали. Ровно год он не видел никого из своих близких. Правда, почти половину этого времени он провел в анабиозе. Этого времени для него практически не существовало, но оно существовало для тех, кто остался на Земле.
А сколько он не видел Юлю? Еще четыре месяца и будет два года. Давид и Марго взрослые. А для Юли он не просто папа, он единственный оставшийся родитель. Он делал всё правильно, но все равно ощущал себя виноватым перед ней. Он очень скучал и по Алине с Ольгой. Он очень хотел взять на руки своих детей, но это было совершенно другое. Юля в его сознании занимала совершенно другое, ни с чем несравнимое место. Её он ощущал как часть себя. Он старался заставить себя думать о предстоящей операции, но ничего не выходило. Всё уже было распланировано, и изменить было уже ничего нельзя.
Когда придет время действовать он начнёт действовать. Но пока, глядя на приближающуюся Землю, он думал о своём, личном.
Земля как Земля. Он много раз видел ее из космоса на своём терминале или информере и никакого восторга виденное им на большом экране капитанской рубки, не вызывало.
Но наверно так и нужно было. Размышление о прошлом, о семье не вызывали на его лице никакого напряжения, которое могло бы как-то выдать ожидания того что должно было вот-вот произойти.
Сергей еще раз проверил комбинезоны, что пульт включения электронейронного воспитания, у него в застёгнутом кармане. Проверил, что вокруг его живота обмотан свиток, однажды уже защитивший его от действия параллизатора вегетарианина.
Модули со спец. командами отделившись от корабля, направились в Москву, Пекин и Нью-Йорк.
Проводив взглядом модули, он глянул на ребят и в это время прозвучала аварийная сигнализация. Все кто был в капитанской рубке, в этом случае оказались заблокированными. Сама рубка превращалась в модуль.
Все модули корабля, в которых были все, кроме тех кто остался в капитанской рубке, включая Филипа с его командой, Анри Жерара, Джиана с командой, должны были приземлиться возле Харькова, недалеко от спуска в метро и где их уже ждали. а модуль командной рубки отделялся от корабля последним. А сам корабль с движителями, в автоматическом режиме, превращался в спутник ближайшего космического тела, в данном случае Земли, или падал на это тело, пытаясь совершить мягкую посадку, несмотря на аварийную ситуацию неизвестной природы.
С кораблём, конечно, всё было в порядке, но сам корабль был уверен, что это не так. Только после того как автоматика, сама обделит модуль капитанской рубки, если капитан сам не сделает этого заранее, примет решение о посадке на Землю и начнёт её, все сигналы о неполадках исчезнут и корабль произведёт посадку в штатном режиме.
Безопасное поведение роботов, не было рассчитано, что на борту корабля окажутся диверсанты.
Джейкоб буквально метался возле приборов. Понимал он что-то или нет, узнать было ни как нельзя. Но видимо компания Сергея, да и он сам, излучали недостаточное беспокойство ситуацией. Джейкоб всё время бросал в их сторону странные взгляды.
Он попытался, судя по тому как Сергей понимал ситуацию, отключить аварийный сигнал и разблокировать рубку. Филипп, во время подготовки операции утверждал, что сделал все, чтобы это сделать было не возможно. Но на всякий случай, у Сергея и его ребят были в комбинезонах парализаторы и они силой готовились взять командование в рубке. Занятия не прошли даром. Они знали, как посадить модуль.
Но этого не понадобилось и несмотря на все усилия Джейкоба, модуль отделился.
Сергей подошел к Джейкобу и показал место на карте, куда следовало направить модуль. Это был Венев-Монастырь, одна из станций метро Тулы. Там их уже должны были ждать.
Джейкоб посмотрел на Сергея с недоумением.
— У Вас есть лучшее решение?
— Лучшее решение это Луна.
— Но нам на Луне нечего делать, поэтому давате сюда.
— На корабле, я командир.
— Джейкоб! Корабль уже приземляется. Мы в модуле. А на Земле командир я.
Джейкоб попытался нажать какую-то клавишу. Сергей точно не знал о ее предназначении, но к приземлению она отношения не имела и Сергей перехватил руку Джейкоба.
А за спиной Сергея, Валерка и Вадим уже навели парализаторы на тех, кто был готов броситься на помощь своему капитану.
Сергей посмотрел Джейкобу в Глаза.
— Джейкоб! Повторяю: С момента отделения модуля, я беру командование на себя. Садитесь в своё кресло. Я посажу модуль.
— Я арестован?
— Ну что Вы. Вы мой гость и я постараюсь, чтобы Ваше и вашего экипажа, пребывание на Земле, пока корабль не будет отремонтирован, было не менее комфортным, чем наше пребывание здесь. И напомню вам, что у меня, как главы администрации Земли, нет другого капитана.
— Насколько я понимаю, корабль в полном порядке.
— Сейчас это уже не имеет значение. Вы ведь, краем глаза, наблюдаете его посадку? Садитесь в своё кресло и будьте благоразумны. На Земле, последнее время, решения принимаются очень быстро.
— Это угроза. – сказал Джейкоб, поскольку почувствовал парализатор, приставленный к его животу.
— Ну что Вы. Это предупреждение.

Глава 15. Встреча.

Модуль приземлился и вход открылся.
Но вместо Марка или кого-то из его людей, в модуль вошёл Ракки в сопровождении десятка вегетариан трое из которых были первого поколения. У всех вегетариан, были параллизаторы очень внушительного размера.
— Как! – Удивился Ракки, опять ты?
— Как видишь, и я думаю, что прежде, чем мы начнём делать друг другу больно, есть смысл побеседовать тет-а-тет.
— Уберите ваши смешные парализаторы и я тебе обещаю, что мы побеседуем.
— Ну. Не так просто. Я же не предлагаю тебе убрать свой парализатор, которым ты держишь в прицеле мой живот? Давай вдвоём займем тот уютный уголок и поговорим.

В это время снаружи раздалась стрельба. Прозвучало несколько автоматных очередей о раздался взрыв.
— Вот видишь. – Сказал Сергей обращаясь к Ракки, вы вдесятером это всё, что осталось от вашего отряда. Давай поговорим.
— У меня кончилось терпение бороться с тобой – вскричал Ракки, и Сергей опять ощутил на своём животе действие парализатора. Свиток надёжно предохранил его ещё раз.
Ракки разглядывал свой параллизатор, с большим удивлением, не веря глазам.
— Ракки – сказал Сергей спокойно. — Я могу уничтожить вас без всякого риска для себя
Риска. Но мне нужно поговорить с тобой и после этого ты уйдёшь, со всеми, кто добровольно захочет с тобой пойти. Договорились? Пошли в тот уголок.
Сергей демонстративно повесил параллизатор на пояс и пошел в указанный угол модуля.
Удивленный и подавленный Ракки, последовал за ним.
Сергей достал пульт, и нажал клавишу включения спутников.
— Душновато на Земле, после чистого космоса. У меня к тебе предложение и информация.
— Я тебя слушаю, каннибал.
Они отошли к углу модуля и сели в кресла боком, так что обоим было видно происходящее в модуле.
— Уйти, как ты понимаешь, я разрешу тебе пешком. Но ты хорошо бегаешь и через пару суток, если какой-нибудь вегетарианин по дороге тебя не застрелит, ты доберёшься до своих. Вариант два, ты воспользуешься нашим гостеприимством и отправишься к своим, когда мы сможем предоставить тебе септолет.
Ты нужен мне, как парламентёр. А сейчас – Сергей заметил движения одного из вегетариан второго поколения, в то время, как пятеро других зависли выпустив параллизаторы на пол. – я рекомендую тебе не двигаться. Очень рекомендую.
В это время оставшийся с параллизатором вегетарианин второго поколения, направив его на троих вегетариан первого поколения, включил видимо на полную мощность. Не ожидавшие такого, трое вегетариан упали на пол модуля замертво, а вегетарианин второго поколения их убивший, медленно и спокойно отправился к выходу.
— Ты понимаешь – сказал Сергей Ракки, который вжался в кресло – что ваша встреча, с твоим выжившим «помощником» до добра не доведет.
— Что ты с ним сделал?
— Ракки, давай не задавать друг другу глупых вопросов, а сразу перейдем к делу. Я ведь только прилетел и просто не смогу тебе на всё ответить. Но зато могу сделать серьёзное предложение.
— Какое?
— Я предлагаю вегетарианам мир.
— А разве это мы ведем войну?
— Вы её начали вегетаризацией. Сколько миллиардов людей было уничтожено? – Сергей сделал паузу – И сколько сотен вегетариан уничтожили мы, до этого моего возвращения?
— Около ста тысяч… если считать ваших жуков.
— Вот видишь. Не миллиарды. А теперь я предлагаю полный мир и сотрудничество… правда на определенных условиях.
— Каких?
— Клонирования вегетариан больше не будет никогда. Аппараты электронейронного воспитания будут уничтожены. Вегетарианам будет запрещено носить любое оружие, работать в государственных службах, участвовать в работе фирм занимающихся космическими программами и климатическими изменениями. Запрещено будет также создавать любые объединения вегетариан.
Никто никого не будет уничтожать вегетаризировать. При этом, я объявлю полную амнистию.
— И почему же мы должны на это согласиться? Нас в миллионы раз больше чем вас. Ты хочешь обречь нас на отсутствие разумного потомства?
— Но вы же решили обречь нас на отсутствие, какого бы то ни было потомства?
— Но нас по прежнему в миллионы раз больше чем вас.
— Ну, сейчас не так уж много как ты думаешь, и даже это не так уж трудно поправить, но дело не в этом. Дело в том, что если Вы на это не согласитесь, или не успеете согласиться, через очень непродолжительное время… максимум пару месяцев, на Земле наступит ядерная зима, которую нам будет пережить почти…, а вам вообще, не возможно.
Если бы не я, … вон видишь в кресле, посредине модуля, сидит капитан космического корабля. Так вот, если бы не я, это милый человек поучаствовал бы в организации ядерной зимы, находясь при этом в космосе, уже через месяц. Но мне удалось оттянуть это время. Что молчишь?
— А что я должен говорить? Что такое ядерная зима?
— У тебя же в ухе коннект. Спроси!
— Коннект не работает или именно это ты и хотел выяснить?
— Очень жаль. Теперь ваше руководство придется ловить по лесам, чтобы предотвратить бессмысленную бойню.
— Что ты от меня хочешь?
— Согласен или нет на мир или будешь ждать ядерной зимы? Ядерная зима, это полное прекращение любой многоклеточной жизни на планете Земля. Это один из техногенных кошмаров прошлых веков, который пока не случился. Не станет ни Вас, ни нас. Поэтому я и предлагаю мир, а иначе… Иначе не важно, мы живём в конкретном, а не в воображаемом мире. Ты согласен?
— Я ничего не решаю.
— Вот и отправишься к тем, кто решает, и сообщи мне ответ. И быстро. Мне не только с Вами договориться нужно. Валерий! Пожалуйста оцените обстановку снаружи модуля – отдал Сергей команду.
— Ракки! Во избежание недоразумений, пожалуйста, отдай мне свой параллизатор.

Ракки протянул парализатор Сергею.
— Если твой коннект по-прежнему не заработает, есть такой город, Екатеринослав. Помнишь?
— Помню.
— При входе в Потемкинский сад есть старая колоннада… при входе от собора.
— Ну, знаю. Место для свиданий.
— Вот там, может не каждый день, с десяти до двенадцати мы будем ждать твоего посланника, но несколько раз в неделю. Решайте. Ну а если заработает коннект…

Валерий вышел наружу, и через несколько секунд в модуль ворвались Ольга с Алиной и Марк с Марго. Последним вошел улыбающийся Виталий. И остановились, удивлённо глядя на Ракки.
Сергей поднял вверх палец, что по их септолётной сигнализации, означало полное внимание и никакой активности.

— Ну что, генерал?– спросил Валерка.
— Этого господина, — Сергей показал на Ракки, Подвести на … какой у нас под рукой, самый быстрый воздушный транспорт?
— Платформа с вертикальным взлётом, на которой сюда прибыли вегетариане. — Ответил Виталлий.
— А септолёт туда, внутрь поместиться?
— Только малый. Но малых здесь нет.
— Хорошо. Тогда завяжите господину глаза, заткните уши, и когда возьмёте на борт, малый септолет, доставьте господина к Краснодару.
Там развяжите глаза, и освободите уши, и предоставьте ему на малом септолёте, отправиться, куда пожелает.
Когда Марк отдал распоряжение и Ракки увели, Сергей продолжил обращаясь к Марку.
— Остальные господа, наши почетные гости. Вся команда, кроме капитана Джейкоба, должна отправиться к приземлившемуся … где-то кораблю, когда он будет обнаружен. А господин Джейкоб, со всеми почестями и охраной, он для нас чрезвычайно ценен, отправиться, вместе с нами, в самое безопасное место.
Когда увели команду и Джейкоба… даже не пытавшихся возражать, Сергей наконец бросился в объятия жен , потом поцеловал Марго и обменялся рукопожатиями с Марком и Виталием.
— Рассказывать буду потом… по дороге, а пока к детям.
— В метро вагон нас ждет.
— Ладно. Хотя, как я предполагаю, спутники уже не работают. И, можно как-то устроить, чтобы капитан Джейкоб отправился не вместе с нами… если платформа еще не улетела, то вместе с ней. Глаза ему завязывать не надо, но он очень вежливо, арестован.
— Спутники не работают – ответил Марк. – Походу мне уже сообщили, что центр управления в Москве наш, в Пекине и Нью-Йорке, идёт бой. Но на всякий случай.
— Подчиняюсь, хоть я очень соскучился по септолёту.
— И не думай – Сказала держащая его правую руку Ольга – Соломенной вдовой быть не хочу.
Алина держала Сергея за левую руку.
И они всей компанией направились в метро.

-Ну, рассказывай, что за зеленый и что произошло с теми, кто вошел к вам внутрь? Часть как овощи, а часть убиты. – спросил Сергея Марк, когда они уселись в уютный вагон метро и он покатил в сторону Тулы.
— Чтобы заинтриговать тебя окончательно, это тот зеленый, который привел нас к столбикам. В молодости мы дружили. Но не думай, что из-за этого он меня слабее привязал. Это тот зеленый, а зовут его Ракки, который арестовал меня в Израиле, и отправил скитаться по Фаэтону, и сейчас разрядил мне в пузо заряд параллизатора.
Но к нему мы вернемся потом. И вообще, мне ужас как не нравиться рассказывать, а вот у Валерки это классно получается.
— Это потому, что из-за скромности, он не может рассказать о своих подвигах, а чтобы о них узнали, ему хочется. – Ехидно заявил Валерка, и Сергей почувствовал, как Ольга сильнее прижалась к его плечу.
А Валерка продолжал.
— Когда меня сбросили сверху в лес Фаэтона, он как будто меня ждал. Накормил, напоил, спать уложил.
— Я оказался в этом лесу только на пару часов раньше…
— Не существенно.
Далее Валерка продолжил красочный рассказ, пока не дошёл до встречи с Алексей Павловичем.
Сергей сам рассказал о встрече с Алексей Павловичем и как в его команде оказался электронщик Филипп.
Потом продолжил Валерка.
Он рассказал о том, как невероятная подозрительность Сергея привела их к разгадке планов по уничтожению Земли, как они разыгрывали спектакль и какими классными напитками они наслаждались, выполняя свой гражданский долг, по спасению Земли. Сергею самому пришлось рассказать о вербовке Филиппа. Потом рассказ опять продолжил Валерка.
Когда Валерка закончил, Марк опять посмотрел на Сергея.
— А причем тут всё-таки зеленый…Ракки?
— А как ты собираешься справляться с миллиардов вегетариан первого поколения? С миллиардом, Марк?
— Убивать.
— Ну, тогда посчитай, что если ты будешь убивать по тысяче в день… они строем к тебе идти будут, то… сколько продлится война? Доживешь? А они строем к тебе не пойдут. И они научатся убивать. Да и научились уже. Сначала вегетарианин в горе, влупил в меня смертельную дозу от парализатора, затем Ракки, за пять минут до того как вы вошли…
— Он в тебя стрелял?
— Представь. И на полную катушку.
— И как ты выжил?
— У меня под одеждой щит. Потом покажу. Но мы отвлеклись.
— И ты его после этого отпустил? После всего…
— И не только после этого и остального. Месть плохой советчик. Алексей Павлович не потому решил устроить на земле ядерную зиму, что он плохой человек или дурак. Он другого решения не видел. А я вижу. Надеюсь, что вижу.
Ракки в их иерархии какая-то шишка. Именно его за мной послали в Израиль, и именно он меня представил на их совет.
Нам нужен мир. Условия я поставил такие, что ему стало слегка неуютно. Первое, это прекращение любого клонирования вегетариан. Второе, это уничтожение всех аппаратов электронейронного воспитания, без которого их дети, картофельные зразы. Третье, невозможность занимать любые значимые посты и заниматься любыми значимыми работами. И любое оружие для них запрещено.
Нам придётся всё это контролировать, но не воевать.
Когда все центры управления и связи окажутся в наших руках, мы будем хозяевами планеты, хоть нас несколько тысяч… не считая бурых вегетариан.
А я уверен, они помогут. Тут у меня море идей. Нужно выяснить точно, какой спектр им опасен, создать им костюмы блокирующие именно этот спектр, и они помогут нам и чуть южнее, чем находятся сейчас. А может центры управления и связи, перенести в арктические широты. Мы уже вернули себе мир технологий, из которого нас выкинули…. Пытались.
Взяв центры управления, мы сможем добраться до Антарктиды, где пару миллиардов мужиков, технологических специальностей, отдыхают в анабиозе. Мы сможем запустить центры клонирования, на воспроизводство обычных людей. Девочек. Ну, чтобы не сильно напрягать женское население промискуитетом.
Через пятнадцать лет, нас будет больше чем вегетариан. Но и сейчас часть из них погибнет от рук своих же детей. Или ты считаешь, что ядерная зима лучше?
— Подумать надо. Может ты и прав, только всё это уж очень неожиданно. А если вегетариане не согласятся?
— Со стороны Марса, к нам движутся корабли, которые смогут нанести ядерные удары, по тем центрам вегетариан, которые не сдадутся. На войне, как на войне.
— Но это не вызовет ядерную зиму? – спросила Марго.
— Если этим не злоупотреблять, не вызовет.
— Так может сначала нанести удары, а потом заключать мир?
— Мы нанесём удары не столько по вегетарианам, сколько по инфраструктуре, которая и нам будет потом нужна. А кроме того, угроза всегда страшней нападения.
— А какие ближайшие планы.
— Когда на корабли, которые летят с Марса, в качестве смены, попадут твои казаки, можно будет отправлять Луч 22 и другие большие корабли, с нашими людьми, за Алексей Павловичем и общиной Фаэтона. Освоение Фаэтона может подождать.
Всех, кто захочет вернуться на Землю, заберём. Они ведь там по контрактам. А теперь им ни кто не заплатит.
Но самые ближайшие мои планы, это обнять остальных моих детей, и посекретничать с моими замечательными жёнами. Надеюсь, Земля сутки подождёт.
А теперь рассказывайте как у вас. Кого-нибудь из наших, нашли?
— Североморцев, которых вегетариане забрали, в то время, когда атаковали город, нашли в горах Абхазии. В какой-то деревне. С одной стороны обрыв, с другой забор и пост вегетариан. А Григорий погиб. Погиб еще в Североморске.
— Жалко. Очень жалко. Дельный был мужик.
— Нашли часть людей ушедших с Олегом.
— А часть я привёз. Кстати, нужно срочно привести Филиппа с компанией. Гениальные ребята. – Сергей включил свой коннект. Не работает?
— Так мы же в метро? Совсем забыл? Но это всё потом. Прямо перед метро сообщили, что Пекин наш.
Хорошо помогают вагоны. Как тебе кстати?
— Даже лучше чем пневмо. Помедленнее, но живот не сворачивает.
— А что у тебя за щит?
— Да вот. – Сергей расстегнул комбинезон. – Похоже на старые куски кожи. Но это нечто другое. Он меня уже пару раз спасал.
Ну ладно. Так что там в Москве и в Пекине.
— В Москве две наших сотни. В Пекине одна. Говорят, без потерь. Они ведь только прикрывали. Что в группах захвата узнаем потом. В Нью-Йорк, послал два десятка с оружием. Но там странные ветки метро.. если это можно назвать метро. До атакующих наше оружие не дошло, но бесполетную зону над Нью-Йорком, более-менее, организовали. Но никакой связи со штурмовой группой нет.
— Надеюсь и там справятся. Это очень важные, но тактические сражения. Я вообще на это не надеялся…Ну кроме Москвы. Хорошо когда спутники будут работать на нас и мы будем контролировать конекты и все базы. Ой! Хрен мне отдохнуть придётся. Александр и Давид…
— Ждут в Туле.
— Хорошо. Сразу начнём готовить передачу по информеру. Нужно сломить волю тех, кто ещё надеется нас победить. И хорошо бы Филиппа с компанией. А где Марфа? Срочно! Марк передай команду, по возможности взять живыми несколько вегетариан первого поколения или… даже лучше, клонированных. И Джиан с командой. Он тоже в Районе Харькова.
— Ну, затараторил… Что сначала и хоть поясни зачем?
— Зачем!??? Если в наших руках два центра управления и одна студия в регулярном распоряжении и другие мы можем вырубить? Стоп! Мне еще, нужны черные ящики с модуля откуда Вы меня забрали! Ура!!!
— Что ура?
— Ура идее! И тем ни менее, до завтрашнего утра… я выходной. За год, я заслужил это право? А тебе, Марк, или некоторым твоим подчинённым, прийдется серьёзно поработать. Мне нужны имена всех погибших при штурме в Москве и Пекине, вегетариан первого поколения. Хорошо бы чтобы и живыми некоторые из них остались. А мертвых, похоронить так, чтобы найти их никакая собака или свинья не могла. Записи их по информеру, или любые записи с ними…завтра очень нужны, и Джиан с командой и Филипп со товарищи, вместе с их аппаратурой на модулях… можно вместе с модулями корабля, должны быть на Лубянке или в ближайшей досягаемости.
— А где там модули припарковать?
— Да хоть на Красной площади. Я Москву мало знаю. Посмотрите сами – закончил командовать Сергей, когда они уже останавливались в Туле. Всё-таки новый способ передвижения в метро, был намного более быстрым и комфортным, чем на септолётах.

Потом были Юля, со слезами, восторгом и возмущением. С Давидом, с взрослым Давидом они обменялись улыбками и рукопожатиями. Потом были маленькая Ольга и совсем маленький Саша, которых большая Ольга и Алина, кормили грудью. Потом был Праздничный ужин, на котором Сергей совершенно не был главным. Главными были те, кто взял Москву. Длинный ряд столов, стоял вдоль Уппы.
Еда была по-прежнему скромной, а из алкоголя преобладал самогон, но это был праздник. 29 апреля, стал новым праздником нового времени. А предстояло…
Всё это время Юля не выпускала руку Сергея и очень расстроилась, когда узнала, что сегодня Сергей будет спать не с ней. Но согласилась на обещание, что весь завтрашний день, она будет рядом с ним.

— Ну, о чём ты хотел посекретничать – спросила Ольга, когда он зашел в апартаменты, которые они с Алиной занимали.
— Да вот, научился у боевиков, которые сегодня брали Москву, нескольким новым приёмчикам. Могу показать.
Девчонки захохатали.

Глава 16. Главный режиссер.

— Филипп! Мне нужны записи этих людей. Вот список имен. Тебе и твоей команде в помощь, двое неглупых ребят: Александр и Давид. Джиан! Мне нужно научить говорить тех вегетариан первого поколения, на которых найдутся записи. Вы с Филиппом и его товарищами работаете вместе. Каждый командир своей команды, но мне… нам нужна слаженная и дружная работа. Премий тут никаких и наказаний никаких. Подчинённые на сегодняшней Земле, пользуются теми же правами, что и самые высокопоставленные администраторы.
Собственности нет и делить нечего. Хорошо?
Я буду писать их выступления и сценарий, но это не значит, что чего-то нельзя менять. То что я пишу, это существо. Если у кого-то из этих людей свой стиль выступления или что-то в сценарии вы увидите не годным… полное право менять форму. Я не большой специалист в этом деле.
Актёров, которые будут говорить за этих мертвых вегетариан, выбираете Вы.
— Может все же, порекомендуешь, каких женщин брать в актрисы? Мы же их не знаем.
— Жанна, Валя, Марина и думаю, Марго. Для этой работы нужна определенная наглость.
— Хорошо.
— Ещё вопросы?
— По ходу.
— Тогда я сел за сценарий и свою речь. Хочу, чтобы Вы знали цель. Цель убедить вегетариан согласиться на наши условия и жить с нами в мире.

Сергей сел за тексты. Он сидел за терминалом и писал писал.
Юля сидела рядом, и периодически гладила его по голове, иногда приносила воды и при этом читала всё, что он пишет. Иногда останавливала его и просила пояснить какие-то слова. Сергей пытался переделать всё так, чтобы ей было понятно. Чтобы было просто и понятно. Чтобы каждая мысль была сформулирована однозначно и коротко. Он тоже гладил Юлю по голове и писал, писал, писал.

Через четыре часа тексты выступления его и актёров, были написаны. Еще два часа, Джиан со своей бригадой адаптировал их под выступления вегетариан.
При этом Джиан утверждал, что любой специалист сможет выявить подделку, но для обычного зрителя ничего подозрительного возникнуть не должно и даже специалист не сможет доказать ему, что это подделка.

К этому времени из Нью-Йорка наконец пришли известия.
Известия были и хорошие и плохие.
К плохим известиям относилось то, что захватить центр управления не удалось и при попытке его захвата погибло одиннадцать человек спецотряда. Остальным пришлось отступить.
Хорошими новостями было то, что сам центр управления, практически разрушен. Антенны, взорваны, кабели взорваны, в самом центре пожар и большое количество его администрации тоже погибло.
Это давало двум захваченным центрам управления большие преимущества. Вся сохранившаяся связь и координация служб Земли, оказалась в их руках.

Джиан внёс существенные изменения в выступление Сергея. Он усадил его за стол, поставил перед ним экран терминала. Сергей был одет в белый комбинезон администратора нулевого уровня. В таком же белом комбинезоне рядом с Сергеем должна была сидеть пожилая клонированная вегетарианка, администратор по связям, прежней администрации Земли. Собственно она и должна была вести передачу. И предложение сплотиться перед лицом нависшей над Землёй опасности, исходило от неё.
Вегетариане принявшие решения о вегетаризации, объявлялись преступниками, действия которых привели к гибели миллиардов плотоядных людей и миллионов вегетариан, а миллиарды не погибли, но превратились в растения. Действия кучки негодяев, возомнивших себе вершиной эволюции, поставили Землю на грань катастрофы, угрожающей всему живому.
— Мы дети природы и цивилизации плотоядных людей, под руководством кучки негодяев, пошли и против цивилизации нас создавшей и против природы. Теперь мы обязаны за это заплатить. Пока это цена в аппараты электронейронного воспитания, которые всё равно не действуют. Все эти аппараты, и производства их производящие, должны быть уничтожены. Всё оружие, находящееся в руках вегетариан, должно быть уничтожено. Те кто попытается этому воспрепятствовать объявляется преступником, так же подлежащим уничтожению.

Что будет дальше, как будут сформированы новые отношения вегетариан и плотоядных людей, будет решено, тогда когда мир между нашими общинами, станет реальностью.

Сергей должен был начать своё выступление словом «братья» и дальше не предъявлять ультиматум, как он хотел, а объяснять, что не смотря на небольшую разницу в физиологии, мы все принадлежим к одному роду и одной цивилизации. Он должен был выразить соболезнования всем пострадавшим от войны вегетарианам и всем плотоядным людям. Он объявлял войну законченной.
И все это происходило когда за спиной Сергей шли кадры высохших на столбиках людей и людей мумий, вперемежку с кадрами ставшими растениями вегетариан второго и последующих поколений.
Причём говорить всего этого Сергею не пришлось. Это за него делал сформированный Джианом образ.
Потом выступали другие вегетариане и плотоядные люди, кроме как цветом кожи, ни чем от вегетариан не отличавшиеся. Нужно ли говорить, что никого из них в природе не существовало.
Потом было показано массовое приземление на землю космических модулей с сотнями тысяч солдат плотоядных людей. Операторы брали интервью у их командиров и они также считали вегетариан своими братьями.

Просмотрев ролик, Сергей на некоторое время утратил дар речи. Это был блистящий кинофильм и Джиан, вместе со своим коллективом, блестяще сделали свою работу.

Все что писал Сергей, почти ни как не было использовано, но возразить Сергею было нечего. Джиан был профессиональным и квалифицированным главным режиссёром.

Единственное, что никак не давало почувствовать себя чужим, на этом празднике кино, так это то, что сам праздник придумал именно он.

Глава 17. Ответный ход.

Было полное ощущение, что война закончена. Вегетариане должны были быть полностью деморализованы и демобилизованы. Тем не менее, просто из какого-то параноидального чувства, Сергей попросил Марка оставить вокруг центров управления и связи Москвы и Пекина, по десять групп по шесть человек с ПЗРК, минометами, гранатометами, автоматами и большим запасом боеприпасов. Зачем на крышах минометы, было непонятно, но сергей решил, что если захватят центр управления, то лучшее его уничтожить. А миномет был самым мощным из имеющихся у них взрывающих средств.
Они с Марком решили не разрешать открыть свободный канал связи коннектов. По коннектам могли связываться только зарегистрированные его командой пользователи. Он так же отдал распоряжение всем вновь прибывшим начать обучение владения старым оружием.
Для связи включили так же и коннект Ракки. Но связаться с ним, Сергею не удалось.
Отправленная в Екатеринослав, к Потёмкинскому саду группа, тоже пока никого не дождалась.
Модуль захваченный у команды Ракки, с двумя полярными самолетами, как прикрытием, уже улетел в Антарктиду, для того чтобы взять под охрану места анабиоза плотоядных мужчин и выведения из анабиоза десяти тысяч из них. В основном специалистов по клонированию. В Антарктиде наступала полярная ночь.
Была направлена группа, которая на полярных баржах, должна была облететь все места проживания бурых вегетариан на северном полушарии, для организации с ними сотрудничества. Тут было легче. Тундра не полюс, и май не ноябрь.
Корабли на Фаэтон, решили пока не отправлять.
Людей катастрофически не хватало. Путешествие на Фаэтон длиною в год, пока не входило в оперативные планы.
Зато, стало хватать техники. Сотни вертолетов, самолетов, модулей, были теперь в распоряжении их общины.
Восстанавливались фабрики культивирования белковых продуктов.
Как и прежде, людьми распоряжался Марк. Но Марку задания дал Сергей. И дав все эти задания, он решил посетить общину Хаима, в Израиле.
Три лунных модуля через двое суток должны были приблизиться к Земле. Каждый нес на борту пять ядерных устройств, с системами наведения. На Луне таки нашлось, кое-что. Сергей очень надеялся, что это не понадобиться.

В Израиль Сергей полетел вместе с Ольгой, Алиной, Юлей и ее маленьким братиком и сестричкой.

Хаим встречал их на пороге своего полуразваленного жилища.

— Шалом, шалом рэб Сергей! Здравствуйте женщины!
— Шалом Рэб Хаим! Рад Вас видеть в полном здравии.
— Барух а Шем! Ма нишма?
— Как видишь, живой здоровый и довольный. Вот, решил заглянуть на встречу субботы.
— Это ты совершенно правильно сделал. У нас, в прошлом году был замечательный урожай винограда каберне. И вино получилось прекрасное.
— И у меня для тебя маленький подарок. Но просьба. Откроешь его, когда мы будем уезжать.
Сергей поставил рядо со столом большой чемодан.
— Хорошо. Но насколько я понял, с зелеными уродами, ты, как-то справился?
— Есть такая надежда.
— Тогда, мы сегодня будет встречать Шабат не здесь. Не возражаешь.
Сергей улыбнулся.
— Тут Вы, рэбэ, хозяин.
Хаим позвал кого-то и к нему пришел зеленый вегетарианин.
— Йюда! Скажи всем, что сегодня на Харабайт.

Проводив взглядом вегетарианина, Сергей повернулся к Хаиму.
— Давно хотел вас спросить. Я у Вас переодически вижу зеленых вегетариан первого поколения, но молодых.

— Это Йюда — сказал Хаим, поймав взгляд Сергея. – Его дед был вегетарианином.
— Но потомства от вегетариан и людей…
— Помирало. Конечно, если не срывать своей наготы Бог наказывает.
— Только не людей.
— Люди его дети, ему их жалко. Есть и другие. Их немного. Главное не цвет кожи. Главное правильно себя вести.

Ольга и Алина пришедшие вместе с ним, на каких-то пуфах, видимо неплохо знали это место, а Юля по привычке, слушая разговоры взрослых, молчала.
Потом пришел еще кто-то и обменялся с Хаимом, какими-то по-прежнему непонятными фразами.
«Надо выучить этот язык» — подумал Сергей.
— Пусть твои женщины, присоединяться к нашим.
Сергей глянул на женщин и Ольга кивнула. Недовольной выглядела только Юля. Но Алина взяла ее за руку, что-то шепнула и они пошли.
Когда женщины ушли, Хаим спросил:
— Ну. Ты наконец готов к тому, чтобы сделать Хупу?
— Готов. – Ответил Сергей, хотя он у же и не помнил о необходимости этого обряда.
— Твою Хупу, будем делать в таком месте, что все самые сильные мира, многих веков, могли бы этому позавидовать. Твоя Хупа будет в Иерусалимском Храме. Не в самом Храме, конечно, но в его дворе…. В Храм мы заходим четыре раза в год.
— А это ничего, что у нас уже дети?
— Когда ты сказал женщине, что она предназначается тебе, брак свершился между вами, перед Вами и перед людьми. Хупа, это обряд который даёт вам благословение Бога. Однако, вот уже принесли твой костюм.
Сергей неожиданно понял, что его согласие было чисто формальным и уже всё решено.
Костюм представлял собой такой же покрой, каким были одежды всех иудеев, но он был белым. Белым и блестящим. Блеск был не металлическим, а каким-то мягким, исходящим от самой ткани.
— Пойдём. Ты совершишь омовение.
Хаим привёл Сергея в дом с маленьким, около двух метров в диаметре, бассейном. Сверху в бассейн постоянно стекал ручеёк воды.
— Омойся здесь и одень костюм. Если нужна будет помощь, позови. — Сказал Хаим и вышел из помещения, где был этот бассейн.
Сергей разделся и прыгнул.
Если бы он мог представить свои ощущения, он бы кричал до того. Но сейчас он кричать не мог. Вода казалась такой холодной, как будто он прыгнул в прорубь. Утонуть в бассейне было нельзя, поскольку стоя на дне, голова была над поверхностью.
Он быстро выбрался из бассейна и оттерся огромным белым махровым полотенцем.
— Садисты – прошептал он, чтоб не услышали и не приняли за просьбу о помощи.
После этого он одел костюм, но осталась какая-то часть туалета, которую он не знал как одеть.
— Эй – сказал он.
Вошёл иудей и Сергей показал ему эту часть.
— Цицит – сказал иудей и сделал Сергею знак повторять.
Сергей держал в руках этот шарфик с веревочками и повторял непонятные слова. Назвался груздём, полезай в кузов.
Потом иудей помог Сергею правильно одеть это шарфик, под пиджак и куда-то его повел. Сергей посмотрел на свой оставшийся комбинезон и подумал, что хорошо, что он надел кобуру с пистолетом под рубаху, до того как позвать иудея.
Иудей приколол к волосам Сергея, на макушку, красиво расшитую, золотыми и серебряными нитями шапочку и подвел к зеркалу.
То, что Сергей увидел в зеркале, было не обычно, но ему понравилось.
Они шли по кривимы извивающимся улицам, по которым вел его иудей оставленный в помощь Хаимом , и у ним постепенно присоединялись другие, похожие на пингвинов невысокие человечки. Были и старики, но в подавляющем количестве, это была молодёжь.
Потом они подошли к каким-то огромным закрытым воротам. Иудей протянул Сергею, какую-то толстую палку и показал, что ей нужно в ворота постучать.
«Ладно» — подумал Сергей, три коротких, три длинных три коротких.
Ворота, с той стороны открыли, и там был рэб Хаим. Рэб Хаим был одет в новый, черный, но тоже блестящий костюм, на его плечах которого, было какое-то, белое, но пожелтевшее от времени полотенце, с черными и синими полосами и веревочками, а на лбу какая-то коробочка.
Он достал еще коробочку и дав Сергею понять, что за ним нужно повторять слова, прикрепил такую же коробочку на лоб Сергея, обмотав руку каким-то поясом.
Единственное слово, которое Сергей внятно повторял, было «Амен».

Иудеи начали петь какую-то радостную песню и они пошли по какой-то площади и остановившись у входа в какое-то очень величественное квадратное здание. Здание было составлено из огромных, белых блоков. Прямо перед входом в здание стояли обёрнутые красивой материей четыре шеста. Шесты были очень длинными, метра по четыре пять, но рядом со зданием, выглядели крошечными.
Хаим ввел Сергея в пространство внутри шестов, а остальные иудеи, которых, как понял Сергей, было уже несколько тысяч, остались снаружи, окружив столбы плотным кольцом оставив только небольшую дорожку.
Рэб Хаим, продолжал что-то говорить, но Сергей сдался пытаясь повторять и повторял за Хаимом только «Амен». И поскольку Хаим не возражал, то понял, что это правильное решение.
Потом Сергей увидел, что по дорожке оставленной иудеями к шестам приближается процессия женщин, впереди которой были Ольга и Алина. Они шли разговаривая с идущими рядом иудейками. Сергея это заинтересовало. Он не знал, что кто-то кроме Хаима владеет русским или английским языками. Когда женщины пошли, и между ними и шестами оставалось несколько метров, они остановились.
Хаим что-то сказал и Сергей понял, что он должен это повторить. Хаим еще раз это сказал и добавил, что это приглашение. Сергей повторил и сделал приглашающий знак рукой.
— Ты приглашаешь их в свой дом и берешь на себя, ответственность за них перед людьми и богом.
Сергей кивнул.
Ольга и Алина вошли туда где стояли Хаим и Сергей
Хаим опять повторял какие то слова, а Сергей говорил «Амен». И Ольга и алина повторяли, но бойко повторяли то что говорил Хаим, а не только «Амен».
Потом принесли красивый стеклянный бокал. Хаим наполнил его вином и дал испить сначала Сергею, потом Алине, потом Ольге. Когда бокал был выпит, хаим завернул его в красивую салфетку, и положил под ноги Сергея.
— Ты должен разбить его на как можно более мелкие кусочки. Жёны принадлежат тебе и никому больше из этого бокала не пить. Он сказал еще какую-то фразу и опять «Амен». Сергей повторил и приложился со всего маху.
Хорошо, что бокал был обёрнут салфеткой. Иначе его осколки летели бы далеко. Толпа взорвалась песней.
—Симан тов у мазаль тов, мазаль тов у симан тов…
Сергей понял, что это поздравление. Хаим одел на Сергея, такое же полотенце, как и то, что покрывало его голову, и они вышли из пространства шестов и пошли к появившимся за спинами иудеев столами.
Потом они пили вино, ели какие-то сладкие лепёшки…. В общем, было весело.

Потом, его, Алину и Ольгу, увели в какой-то дом, в огромную залу посреди которой стояла огромная кровать, окружённая такими же столбами но пониже, покрытыми матерчатой крышей, и оставили одних.

«Наверно» — подумал Сергей глядя на кровать – «Это и есть, Хупа?».

* * *

На следующее утро, они, одевшись в нормальные одежды и захватив детей, которые в эту ночь были неизвестно где, отправились на побережье, в тот дом, где они год назад жили и откуда Сергея забрали вегетариане.
Всё было как в тот последний день.
Сергей похоронил в песке останки двух убитых вегетарианами щенков, подумав, что их убили, боясь того, что они поднимут лай и спасут Сергея.
И в тот момент, когда они поднялись на тот этаж, где они жили, с Сергем связался Марк
— Нападение. На Москву и Пекин. Они атакуют поднятыми вверх баржами. Против барж, ПЗРК, бессильно. У барж очень толстое дно.

Решение пришло мгновенно. Сергей включил коллективную связь, чтобы его, кроме Марка, слышали и Москва и Пекин одновременно.
— Бейте по баржам из минометов. По корме, где двигатели. И пробуйте попасть на них навесом.
Потом он переключился на Марка.
— Откуда они прилетели? Откуда шла команда? Ни кто не отслеживал по спутникам?
— Отслеживали. Филипп утверждает, что центр управления вегетариан, откуда идёт командование в Кунунарра. Это Австралия.
— Я знаю.
Сергей переключил Коннект на корабли которые следовали к земле с Луны.

— Здравствуйте! С вами говорит вице-президента правительства Земли – администратор первого уровня. Нужна идентификация?
— Нет. Вы идентифицированы.
— Когда Вы будете на орбите Земли?
— Через четыре часа. Нужно выполнить определенные манёвры…
— Когда Вы сможете нанести удар по определенным точкам Земли?
— Немедленно… Двадцать минут.
— Когда удар достигнет цели?
— Каковы цели?
— Пока одна. Кунунарра. Это Австралия.
— Мы знаем. Минуточку… Через 16 минут после пуска.
— Тогда пуск тем зарядом, который быстрее всего готовить.
— Подготовка начата. Нейтронный заряд 10 тысяч мегатонн. Все живое в Австралии, предположительно будет уничтожено.
— Пуск подтверждаю. – Сказал Сергей и сердце его заколотилось.

— Марк! Что говорит Филипп? Возможны ли еще центры управления?
— Нет. Филипп утверждает, что только Кунунарра.
— Продержитесь сорок минут. Кунунарра перестанет существовать.
— Круто. Минометами удалось завалить четыре баржи. Еще по шести стреляем. Но часть вегетариан, с двух барж, смогли добраться до земли живыми. Очень много. Пулеметы в центре управления, не останавливаются.
— Все кто может стрелять в бой или подносить боеприпасы. Все кто не может в метро. Быть готовыми спуститься в метро и тем, кто на крышах. Попробуй атаковать баржи сверху, с вертолетов. Ракетами, торпедами. Просто пусть сбрасывают, и если не взорвутся, пусть бьют по ним из гранатометов. Я вылетаю.
— Не торопись. Ты с девочками тут не очень большая помощь, а координировать сможешь лучше с земли.
— Ладно. Хотя адреналин меня уже достаёт. Но не буду отвлекать. Давай.

Проходили мучительные минуты. Сергей листал информационные листы. Нейтронные бомбы отличались от ядерных тем, что не уничтожали инфраструктуру. Случайно, но это было то, что надо.

Звонил Филипп.
— Центр управления переместился в Кампалу
— Понял.
Сергей связался с модулями следовавшими с Луны.
— Еще нейтронные бомбы есть?
— Есть.
— Нанести удары по Кампале Дели, Мануасу и Каиру. Но по Каиру нанести удал минимальной мощности, чтобы ни Израиль ни (он указал координаты корабля с Фаэтона) ни каким образом не были задеты. Кроме этого, всё что находиться за южным и северным полярными кругами, не подвергалось риску. Это возможно?
Через две минуты пришёл ответ.
— Бес проблем. По Каиру будет нанесен удар в 50 килотонн. Остальное автоматически.
— Пуск подтверждаю.

И опять потянулись долгие минуты.
Потом прозвучал голос Марка.
— Пекин пришлось сдать. Потери 32 бойца. Живые отходят через метро и на вертолетах. Москва наша. Потери 19 бойцов. Баржи и все вегетариане уничтожены.
Сергей вновь связался с модулями следовавшими с Луны.
— Максимально сильный удар по Пекину. Пуска подтверждаю.
— Команда принята.

— Филипп! Что у нас?
— Никакой активности. Никаких команд управления. Думаю, атака завершена.

Сергей сидел в вертолете, летящем в Москву, и размышлял. Сегодня он отдал приказ о нанесении по Земле шести ядерных ударов. Кто он такой, чтобы отдавать такие приказы? Неужели он действительно возомнил себя правителем мира?
Не отдать эти приказы он не мог, но отдав их, он чувствовал себя странно. Его начало трясти.
Он лёг на пол вертолета и попытался расслабиться. Было тепло, но озноб не проходил.
— Тебе плохо? – спросила Ольга.
— Не знаю. Наверное.
— Попытайся уснуть.
— Это вряд ли.
— Может секс? — Спросила Алина.
— Не думаю. Ничего страшного. Пройдёт.

— Вставай! Прилетели. – растормошила его Ольга.
Значит всё таки уснул.
Стало намного легче. Он перестал думать о бомбах и все его мысли заняло то, что пятьдесят один человек его друзей, из тех, кто спасся от столбиков и тех кто прилетел с ним с Фаэтона, погибли. Их больше нет. Их нет, и уже никогда не будет.

— Марк! Мы построим новые города, новые улицы. Мы назовём их именами погибших сегодня героев. Надеюсь, что война с Вегетарианами кончилась. Думаю, мы победили. Но сегодня не праздник, а траур.
— Не думаю, что мы победили, но мы сейчас имеем единственный на земле центр управления и центр связи. Септолёты и вертолёты автономны, Самолеты автономны частично. Но не один модуль, баржа или ракета не будут бесконтрольными. Теперь это полностью наш ресурс. А чем еще им атаковать Москву?
— А центр в Нью-Йорке они восстановить смогут?
— Думаю не быстро.
— Надо будет…, не сегодня, конечно, послать туда модуль, или баржу… посмотреть.

Сергей сидел с Марком наедине, после того как они похоронили погибших.
— Это я виноват в случившемся. — сказал он. Надо было предвидеть возможность такого использования барж.
— Этого ни кто не предвидел.
— Ни у кого это не входит в обязанность. А я должен был думать.
— Это и моя вина, но ни кто не может предвидеть всего. Я тоже виноват.
— Нельзя сосредотачиваться на ошибке. Что они еще могут? Какие у них ресурсы. Чтобы ты, делал на их месте.
— Тоже, что и мы, в начале. Партизанская война. Их много. Нас мало. В питании они не нуждаются.
— Понятно.
Сергей вызвал по коннекту Филиппа.
— Привет.
— Мы победили, а у тебя голос, как будто мы проиграли.
— У меня такое впечатление, что Алексей Павлович был прав. Не знаю, как и уничтожить эту заразу.
— Постепенно. Войны без жертв не бывают.
— Скажи, можно перенести пункт управления на север? Лучше в Антарктиду.
— Это вряд ли, но пункт связи там организовать можно.
— Сколько это займёт времени?
— Недели полторы.
— Понял. Начинай к этому готовиться.
Он прервал связь и опять обратился к Марку.
— Нужно половину сил сконцентрировать на пункте управления.
Больше в Туле и Химках делать нечего.
Нужно создать охраняемый периметр, в том числе и с воздуха. Нужно направить в Антарктиду, в центр анабиоза еще бойцов. Причём, срочно. Нужно взять под полный контроль и защиту, хоть пару центров клонирования. Как разорваться?
Сергей снова включил коннект.
— Марфа! Привет!
— Привет.
— Скажи мне, Вы как-то сорганизовались? Я имею ввиду вашу общину.
— Вообще да.
— С кем мне надо поговорить, чтобы решить некоторые проблемы.
— На севере или на Юге?
— Вообще-то и там и там, но больше на юге. Мне нужны надёжные люди, которым можно полностью доверять.
— В доверии можете не сомневаться. Гадостей не сделают. На Юге это Валентин, а на севере, Габриэль. Могу Вас связать. Могу по одному, могу с обоими. Благодаря той передаче, мне разрешают многое, чего другим детям не позволительно.
— Так ты считаешься ребёнком?
— Да. И ещё лет пять так будет.
— А ты бы, говорила сразу с обоими или по одному?
— А что Вам надо.
— В Антарктиде мне нужна безусловная защита центров анабиоза. Я собираюсь вооружить тех кто будет это охранять, очень серьёзным оружием. А на севере, мне нужна помощь в организации ночных дежурств в Москве и центрах клонирования. Боюсь еще одного нападения.
— Я знаю. Я говорила с Ольгой.
— Ну так что?
— Назначьте меня послом. Я попробую, а потом посоветую.
— Хорошо. Ты наш посол, перед вашей общиной.
— Я свяжусь. Пока.
— Пока.

Марфа связалась через минут двадцать.
— Можете высылать оружие в Антарктиду. Не один зеленый туда не попадёт и сегодня, там зима. Даже часть общины в Чили и Аргентине.
Но у них есть просьба. Им нужно, и туда и туда, установка по культивированию белковой массы.
— Без проблем! Все наше, ваше. Этих установок у нас сейчас только шесть, и только потому, что мы ими не занимались. Зеленые их не демонтировали. Во всех трехмиллионниках они есть.

И колесо проблем и решений опять завертелось.

Ощущать себя виноватым было некогда. Нужно было решать задачи выживания.

Глава 18.

Или вегетариане были полностью деморализованы ядерными ударами по их центрам, или они затаились, но понять где они и что делают, стало невозможным. Коннекты они не включали.
Филипп проверял любые передачи на всех возможных частотах, но ничего не находил. Он, вместе со своей командой, куда уже входили Давид и Александр, и на базе самых современных технологий, создал установку которая должна была отслеживать любые, не идущие со спутников, сигналы систем электронейронного воспитания, но они тоже молчали. По его расчётам его анализа, на основании регистрации коннектов в момент ударов нейтронных бомб, на территории которую они поразили находилось триста миллионов пользователей коннектов. А это означало, что около семисот миллионов вегетариан остались живы.
Часть тех, кто прилетел с Луны, уже спустились на Землю, а часть, ещё не готовая к земному притяжению проходила на кораблях процесс регинерации организма.
Но все решения нужно было принять и провести в жизнь, обеспечив всем необходимым.
Сергей вместе с Марком и Виталием провели встречу с руководством бурых вегетариан, Валентином, Габриэлем и двумя их помощниками.
Отношения складывались нормально.
Все согласились, что на Земле пока коммунизм и не должно быть никакой торговли. Все получают то, что им нужно.
На север и юг были доставлены больше десятка установок по культивированию белков, в просторечье называемых мясом, а бурые вегетариане, получив оружие, обеспечили охрану всех центров анабиоза и клонирования.
Из Анабиоза было выведено около десяти тысяч специалистов по клонированию, которых после преодоления шока, начали так же обучать боевой подготовке.
Был запущен процесс клонирования, ста тысяч индусок, семиток, индианок, южных славянок, китаянок и других представительниц генетики экваториальной Азии. Это должно было обеспечить генетическое разнообразие. Бралась исключительно генетика реально живших людей и никакого моделирования.
Обжёгшись на молоке, дуют на воду.
Постоянно ситуацию вокруг важных объектов контролировали операторы спутников. Приближались марсианские корабли.
Встал вопрос об эвакуации Фаэтона. Жаль было бросать эту замечательную планету, на запустение, но человеческий ресурс был нужен на Земле.
И тогда Сергею в голову пришла мысль, которую он сразу сам назвал гениальной и явился с ней к Марку.
У Марка мысль энтузиазма не вызвала, хотя он и не возражал.
Решили собрать совещание в самом широком формате.
Присутствовали и Валентином Габриэлем и разбуженные от анабиоза ведущие специалисты и авторитетные биологи, и спецы прилетевшие с Фаэтона. Конечно, Сергей пригласил и Валерку с Вадимом. Привезли даже Хаима, который всё порывался рассказать Сергею, какие замечательные книги он привёз и что он сам и ни кто из его друзей наверняка этого не знает. Но за неимением возможности долгого разговора, только поблагодарил его.
Пригласили и двух помощников капитана Джейкоба.
Приложением к самому Сергею были его жены и, конечно, Юля.

Сергей рассказывал всё без утайки. И главное, ничего не утаил, рассказывая о планах Алексей Павловича, и том, как их сорвали, обманув Капитана Джейкоба, который был в курсе этих планов. А потом перешёл главной стоящей, по его мнению, проблеме. Подробно рассказал о ядерных ударах по вегетарианам.

— Господа! Главной нашей проблемой, я считаю не зеленых вегетариан, с которыми, так или иначе, мы справимся, а само малое количество нашей популяции. Для того, чтобы нам восстановить человечество, нужны экстраординарные меры.
Мы начали клонирование ста тысяч девочек. Но на сегодняшний день, рождёнными младенцами практически некому будет заниматься. По крайней мере восьмьюдесятью тысячами.
Я знаю, как иудейская община относиться к клонированию, но сейчас мы клонируем обычных девочек, без всяких генетических «улучшений» и в том числе с генетикой евреев взятой из банков 21 века. Нам это нужно для выполнения находящимися пока в анабиозе мужчинами заповеди «Пру у рву» — «Плодитесь и размножайтесь». Поэтому, в вопросе воспитания девочек, я очень рассчитываю на иудейскую общину.
Что скажешь, рав Хаим.
Хаим посмотрел на Сергея очень недовольно, а потом ответил.
— Я постараюсь объяснить собратьям положение, но сто тысяч, мы всё равно, поднять не сможем. Ну пять… ну максимум, десять тысяч.
— Уже хорошо. Теперь у нас есть ещё один ресурс – это население Фаэтона, Марса и Европы. Я хочу вернуть всех их на Землю, но очень жаль терять то, что там было создано усилиями всего человечества. А если всё это просто бросить, то восстановить, потом всё это будет почти невозможно.
Тут я рассчитываю, на помощь общины наших братьев, бурых вегетариан. Ни на Марсе, ни на Европе или Фаэтоне, нет жёсткого ультрафиолета, опасного вашей коже. На Европе часть бурых вегетариан уже работает. И если часть из Вас, согласиться заменить представителей нашей популяции на этих планетах, то эти программы не исчезнут, а продолжат развитие.
Что скажете?
Сергей обратился к Валентину и Габриэлю.
Тех это предложение явно застало врасплох. Но после некоторой паузы, Габриэль сказал:
— Я не знаю сколько, но некоторое количество молодёжи, это предложение вполне может заинтересовать.
— Я надеюсь минимум на двадцать тысяч. Что думают наши биологи. Комфортные ли условия для бурых вегетариан, будут на Фаэтоне?

— Специальные проверки не проводились, но исходя из известных мне данных, с Фаэтоном и Европой проблем никаких. Там ультрафиолет, для получения достаточного количества витамина «Д», искусственный и насколько я понимаю, нашим братьям он не нужен. Вопрос с марсом, не так прост. Но ведь там очень небольшая община?

Сергей внутренне поблагодарил этого биолога за слова братья.

— Значит, теперь нам осталось решить вопрос с экспедициями на эти планеты. – Сергей повернулся к помощникам Джейкоба. – Вы без вашего капитана, сможете повести корабли до Фаэтона и Европы. Хватит ли вашей команды на два корабля?
— В принципе, должно хватить. Мы ведь только следим. Основное делает автоматика. А кроме того, на Фаэтоне можно набрать ещё один экипаж.
— Хорошо. Тогда начинайте готовиться. И сами миссии возвращения землян на землю, мне бы хотелось поручить Валерию и Вадиму. Вы уже были на фаэтоне и ваши знакомства там, могут пригодиться. Согласны?
— С тобой не поспоришь – ответил Валерка, видимо не довольный, что Сергей не ввёл его в курс своих планов заранее, но одновременно довольный, что из помощника превращается в самостоятельного руководителя.

— Мы поможем в воспитании ваших девочек — Неожиданно сказал Валентин. – И здесь и на фаэтоне начнём их клонирование. Мне нравиться ваш провозглашённый коммунизм. Мы не умеем торговаться. Вы заботитесь о наших проблемах, мы поможем Вам в решении ваших, насколько сможем.

— Спасибо, Валентин! Зелёные вегетариане породили в нас разобщённость и подозрительность. Я надеюсь, что с их смертью и с смертью политической системы рожденной ещё при корпорациях, мир станет таким, как он видится нам сейчас. Важно, чтобы всем нам было, где жить и беды любого из нас, станут общими. Ещё раз, спасибо.

Но давайте теперь поговорим о самой нашей насущной теме. Устроим мозговой штурм. Приветствуются самые дикие идеи. Вопрос такой
«Чем объясняется последний штурм центров управления Вегетарианами, который мог окончиться большими, чем было, жертвами, но не мог привести их к успеху и что их руководство или те, кто остались, будут делать дальше?»

Все молчали.
— Уточни вопрос – Сказал Вадим. – мне кажется что прошлое поведение и должно было быть таким. Они сражаются за свою идею нас уничтожить и сражаются до конца.
— А почему же сейчас пауза? Что они думают? Не могут же они просто так, стоять по лесам решив жить растениями?
— Я думаю, это как в игре: «Цивилизации». – Неожиданно сказала Юля, и Сергей обомлел. На этом собрании её выступления он не предполагал, а если бы предполагал, не взял бы её с собой. — Каждая цивилизация, каждый, кто за нее играет, в ответ на предложение о сотрудничестве, может напасть, считая, что предложение о сотрудничестве вызвано слабостью. Так всегда когда цивилизация была самой сильной, но совершила несколько маленьких ошибок и ещё не поняла, что она уже не самая сильная. Она нападает, проигрывает и потом начинается период привыкания к своему новому рейтингу. Потому что играть в чужом, более высоком рейтинге, всегда проигрыш. Вот сейчас зеленые привыкают. И скоро, наверное, те кто были с ними из плотоядных людей, начнут возвращаться к нам. Они же не могут стоять по лесам.

Сергей, и наверное многие из присутствующих, просто обалдели от такого анализа ситуации, данного маленькой девочкой.

— Надо будет поиграть в твою игру. – Сказал Юле Марк.

***

Корабли улетели и жизнь пошла так, как будто семисот миллионов активных вегетариан первого поколения и вовсе не существует. А они существовали.
Вместе с выведенными из анабиоза специалистами по клонированию, Сергей начал новую программу. Клонировались собаки, кошки, различные птицы и животные. Нужно было воссоздать нормальную экологическую среду разрушенную вегетарианами. Было заложено клонирование несколько тысяч львов, рысей, тигров, гиен, гепардов, в надежде, что когда они будут запущены в леса Азии, Африки и Америки, существовать в них зеленым вегетарианам диким образом станет менее комфортно. Но главное направления специалистов по клонированию было определенно, как клонирование жуков leptinotarsa decemlineata или в просторечьи, колорадского жука.
Нужно было клонировать именно тех, кто уже научился поедать вегетариан, нужно было клонировать их миллионами, и нужно было, чтобы каждый жук имел некоторое количество радиоактивных изотопов. Идея была в том, чтобы разбрасывать жуков над лесами равномерно, а потом с помощью датчиков определять места их скопления, предполагая, что они будут искать свою пищу. То есть, зеленых вегетариан.
На все коннекты вегетариан было послано сообщение, что вегетариане с выключенными коннектами считаются преступниками, заговорщиками и подлежат уничтожению. Это сообщение они получили, вряд ли. Но для очистки совести оно было разослано.
Через два месяца такое клонирование удалось и с платформ, в словно посев , равномерно разбрасывались жуки и отряд ликвидации начал поиск и уничтожение спрятавшихся вегетариан. Этот отряд возглавил Виталлий. Отряд начал действовать в Азии, но в перспективе он должен был быть разделен на три отряда, включая Африку и Центральную Америку.
Сергей мог позволить себе заниматься этими перспективными (как он это называл) задачами, потому что обеспечением безопасности и всей хозяйственной деятельности общины занимался Марк.
Заканчивался август. И Сергей позволил себе отпуск. И поскольку его семейная жизнь, была уже официальной, в этот отпуск он взял с собой и Ольгу с Алиной и детьми, и Марго с дочерью и, конечно Юлю. И усадив их всех на вертолет, вместе с пятью, бойцами охраны, обоего пола, направился в Крым.

Глава 19. Подарки Крыма.

Погода была в восточном Крыму на редкость приветливой. Этот отпуск обещал быть самым замечательным из отпусков, на которые Сергей отправлялся сюда в то время, когда вегетариане еще не рассматривались как враги.
Море было теплейшим. Вода, прозрачнейшей. Виноград уже поспел и казалось человеческая забота ему и не требовалась. Персики были сладчайшими, а тутовник дарил счастье.
Пресную воду они привезли, с собой посадив вертолет в восточной части бухты.
Они надули пластиковые домики, которые, составленные полукругом вокруг вертолёта, тут же затвердели и превратились в прекрасное жильё и одновременно крепость.
Юля впервые плавала в подводном снаряжении. Видимость под водой составляла, около сорока метров, и Юля была счастлива.
— Я хочу изучать подводный мир — Однажды сказала она. – Эти рыбы такие миленькие.
Были счастливы и все остальные.
Но два с лишним года постоянного адреналина, давали себя знать. Сергей понял, что и он и всё его окружение психически больно. Они уже не могли без войны. Алина уже перестала кормить грудью, а Ольга собиралась это сделать и обе хотели включиться в работу отряда занимающегося поиском и уничтожением вегетариан.

Так что, через две недели, загорелые и отдохнувшие, решили начать собираться домой.
Но не лететь же в Москву с пустыми руками?
Посчитав, сколько еще может взять вертолет, не теряя своих летных качеств, стало ясно, что еще пол тонны, он возьмет без проблем.
Лов мидий и рыбы решили оставить на потом, учитываю не большой размер находящегося в вертолёте холодильника, а виноград, персики, инжир (который должен был доспеть уже в коробах) и тутовник решили собрать.
Начали с винограда. Поставив по часовому с двух сторон, они пошли по виноградным рядам.
Виноградные ряды достаточно прямы и скрыться в них не просто, поэтому они и заметили их.
Это были зеленые люди в каких-то лохмотьях.
Их было человек двадцать, обоего пола, но поймать они смогли только двоих. Парня и девушку.
Сразу стало ясно, что это не вегетариане, а плотоядные люди прошедшие вегетаризацию.

Это было удивительно.
— Мы вам не враги и не сделаем вам ничего плохого. Давайте поговорим, а потом если захотите, можете уйти. Есть хотите? Одежду нормальную хотите? Что вы вообще хотите? Кто Вы и от куда?
Они, не смотря на свою зеленую кожу, были очень голодны. И когда, кто-то из ребят притащил мангал и положил на него куски мяса, так что запах распространился на весь виноградник, стали подтягиваться и остальные позеленевшие люди.

Они разговорились. В Крыму их было много, а вегетариан не было.
Все старшие, после вегетаризации умерли. Не сразу, как в Израиле, а постепенно. Примерно в течении двух месяцев после вегетаризации.
Во время вегетаризации в Крыму было тепло и шло много дождей И на столбиках почти никто не умер.
Зато после столбиков начался мор и пришли болезни.

В живых остались только те, кому до вегетаризации было меньше семнадцати восемнадцати лет.
— Коннекты, до вегетаризации сначала отключили, потом отобрали. А после вегетаризации мы боялись их включать. Боялись что вегетариане, раз мы не научились жить без еды, опять посадят нас на столбики. С нами много совсем маленьких. От пяти лет. Те, кому во время вегетаризации было меньше трёх, тоже умерли.
— А сколько вас всего?
— Не знаю. Много. По всему побережью есть группы. Мы всё время дерёмся за территорию и еду.
— Ну, этот период вашей жизни кончился. Теперь у вас еда будет. Конфликты могут быть только против зеленых вегетариан. Друг с другом теперь мир. Собирайте все группы. Еды хватит на всех.

Зеленых людей накормили мясом и они полностью успокоились.

Сергей созвонился с Марком.
— Привет! Мы тут нашли некоторое количество своих.
— Сколько?
— Пока не знаю, на наверное больше тысячи. Пришли пожалуйста модуль с машинами по культивированию мяса, а так же попроси от моего имени приехать сюда, Жанну и Володю. И дай им десяток бойцов…, на всякий пожарный.
— Хорошо.
— А если не согласятся? Скажи, что я очень просил. Володя ведь из Крыма, а Жанне скажи, что здесь гуманитарная миссия и много голодных и неприкаянных детей.
— Хорошо. А когда вы будете?
— Теперь на недельку, другую задержимся. Это совершенно новый ресурс. Те, кто здесь, это молодёжь… прошедшая вегетаризацию.
— Ничего себе! И живы? Выжили только молодые. Подробностей не знаю. Еду едят, Одежду носят, от вегетариан скрываются.
— Наши люди. Хочешь их использовать?
— И это, но меня мучает жуткая мысль. Сколько таких я угрохал бумбами.
— А что, был другой выход?
— Не знаю. Я предпологал, практически был уверен после Израиля, что рассказы о выживших после вегетаризации, это сказки моей бывшей супруги. А здесь шли дожди и было тепло.
— То есть, нужно проверить всю эту зону?
— Да.
— А где взять людей?
— Ну, теперь вроде есть. Месяца два на адаптацию и в работу. Но их надо собрать в общины.

Следующие две недели , Сергей и Еще несколько вертолетов, прочёсывали побережье, собирая полудиких детей и перевозя их в Ялту, где решили собрать общину.
В каждой группе были естественным образом появившиеся вожаки.
Всё-таки это были настоящие люди. Ни в одной группе не бросили маленьких детей. Еды было мало и за нее иногда дрались с другими группами, но детей продолжали кормить.
Когда количество найденной на побережье молодёжи превысило пять тысяч… а было ясно, что ещё осталось в десять раз больше, Сергей собрал собрание вожаков из найденных групп на собрание.

— Еды теперь вам хватает? – одобрительный гул в ялтинском театре оперы и балета, был ответом. – Условия жизни стали комфортней?
— Да. – Сказал один уже взрослый светловолосый парень, сидевший впереди – мы снова почувствовали себя людьми.
— Теперь ваша задача собирать тех, у кого всего этого ещё нет. Вместе мы сила. Людьми мы чувствуем себя только когда помогаем другим. Собрать всех ваша задача на ближайшие два три месяца. Потом будем собирать тех, кто выжил за пределами Крыма. Возможно такие есть на балканах, в Италии, в Испании.
— А что с вегетарианами?
— Они ещё есть. Но я надеюсь, мы их победим. Уверен, что победим.
— Двадцать миллиардов.
— Уже не больше семисот миллионов. Это по-прежнему очень много. Но тут важно как изменяется соотношение сил. Нас всё больше и больше. Каждый человек для нас важен. Каждый для нас сокровище.
— У нас не будет детей.
— С этой проблемой мы справимся.
— Я говорю не о чужих детях. Наши девушки не беременеют.
— Я знаю. Это результат вегетаризации. Но когда вы решите иметь своих детей, мы возьмем ваши клетки и клонируем их. У вас будут именно ваши дети, пусть даже полученные с помощью технологий. И я надеюсь, что для их детей, для ваших внуков, технологии не понадобятся.
— Это хорошо. Мы сделаем всё что надо. Не сомневайтесь.
— А я и не сомневался. Я просто рассказывал, что надо.

Над резиденцией руководства в Ялте, появился черно-оранжевый полосатый флаг.
Взрослого светловолосого парня, звали Олег. Он был вожаком большой группы, человек пятьдесят, которые контролировали верхнюю часть Кореиза и подножие Айпетри. Он уже до того, как его пригласили в ялтинскую общину, пытался наладить некоторую социальную жизнь, торгуя с Мисхором и Алупкой орехами, кизилом, и виноградом, в обмен на рыбу и крупы. И поскольку всегда держал слово, его уважали и в других группах. Он и еще двое выбранных им руководителей групп, вместе с Володей и Жанной, стали руководством ялтинской общины.

Через месяц Сергей вернулся в Москву и они с Марком и Виталием решили цели отряда Виталлия пока поменять. Он со своим отрядом и частью крымчан, должен был отправиться на запад, по всему северному побережью черного и средиземного морей. Везде где было достаточно тепло, но не достаточно жарко.
И Сергей понял куда ему, после того как он всех загрузил работой, которую сам делать не умел, девать свою энергию. Он, выдержав небольшое сражение с Марком, присоединился к отряду Виталлия.
Первое, отряд тщательно проверяет Крым, на наличие отрядов вегетариан, а потом
действует так:
Вдоль побережья, на расстоянии километра, идет баржа с внушительным, сто двадцать бойцов и хорошо вооруженным отрядом и пару десятком вертолётов, и одной платформой и одним пожарным самолетом, на борту.
Три четыре вертолета, с экипажами по пять-восемь человек, исследуют побережье.
Все найденные люди платформой переправляются в Крым.
Кроме трех- четырех вертолётов занимающимися поисками, еще восемь находятся в готовности в любую секунду вылететь на подмогу, а остальные экипажи, отдыхают, но в случае необходимости будут задействованы и они. Пожарный самолёт загружается минами и в случае необходимости подключается к защите, как минометатель и опрыскиватель слабым раствором серной кислоты, небольшой реактор по производству которой установили прямо на барже.
Решили, что этих предосторожностей будет достаточно, для обеспечения безопасности поиска.
Ну и конечно, пару самолётов, летающих прямо из Москвы, засевают всё побережье жуками. Людям, даже прошедшим вегетаризацию, жуки не опасны.

И как потом выяснилось, все эти предосторожности лишними небыли.

Крым, в своём роде был и показателен и уникален.
Показателен он был тем, что выжившие, таки находились по всему побережью. Но до Белгород-днестровского, удалось обнаружить не тысячи, как в Крыму, а чуть более семисот человек.
Экипажи вертолётов, вели соревнование, кто сколько людей обнаружит. Экипаж Сергея в этом соревновании был одним из последних, с результатом: три человека.
Но тем ни менее, Сергей чувствовал себя превосходно. Каждый день, подготовка к вылету и сам четырёх часовой вылет, давали необходимое ему, ощущение нужности.
Вот и в этот раз, отправляясь в Приморское, южнее Белгород-днестровского, на очередной рейд, он готовился по полной программе. Подъём, туалет, зарядка, контрастный душ, одевание и проверка комбинезона. Вооружение, состоявшее у него из пистолета и добытого на Фаэтоне ножа и усиленного парализатора.
Взлетели штатно, но когда до того участка берега, который они себе наметили оставалось метров двести, они увидели летящую на них с берега ракету.
Времени на манёвр, практически не было. Всё что успел сделать пилот, так это «упасть», включив обратную тягу.
Ракета попала в лопасти и взорвалась.
Вертолёт находился на высоте метров сорок над поверхностью моря, но стремительно пошёл вниз.
— Всем прыгать! Заорал Сергей и прыгнул вниз.

Хорошо, что его первая жена учила его нырять. Сначала он развел в сторону руки и ноги, чем замедлил падение и остановил вращение, а затем, буквально перед самой водой, свернулся в «бомбочку», прижав к телу руки и ноги, положив ладони на лоб.
Удар о воду был всё равно очень сильным. Но сознание он не потерял и попав по воду, вновь развел руки и ноги и через несколько секунд, начал выгребать на поверхность.
След от упавшего вертолета, был метров на пятьдесят ближе к берегу.
Сергей поплыл к нему в надежде, что кто-то всё-таки спрыгнул, после него.
Из под воды вынырнуло три головы. Они находились ближе к вертолёту, потому что выпрыгнули после него. Сергей еще не подплыв к ним, прокричал:
— Остальные – и махнул рукой с сторону падения вертолета. Это место было теперь заметно и тем, что на воду выплыли три раскрывшиеся и заполнившиеся газом, спасательные шлюпки и зеркально красный, полосатый буй.
Глубина здесь была метров пять, и если бы вертолёт остался целым, то какие-то его части могли бы торчать из воды. Но вертолет упал на находящуюся под водой, на глубине метра полтора скалу, и развалился на две половинки. Когда он и три других бойца подплыли к месту падения, то, что осталось от вертолёта, лежало по обеим сторонам этой скалы. На поверхность комбинезоны вытолкнули еще три тела. Тела забросили в одну из лодок.
— Искусственное дыхание – прокричал Сергей приплывшим с ним бойцам. И нырнул к кабине пилота.
Пилот потерял сознание при ударе, и зацепился за кресло комбинезоном, поэтому его на поверхность не втолкнуло.
Сергей, сложил руки по бокам, интенсивно работая ногами и выскользнул из комбинезона, который мешал ему погрузиться и подплыл к креслу пилота.
Очень хотелось дышать. Но он отцепил пилота от кресла и они начали подниматься на поверхность.

Сергей пришёл в себя, когда он пристёгнутый к носилкам лежал на борту летящего вертолёта.

— Что, случилось, где я?
Спросил Сергей.
— Мы летим в Москву. — Сказала подошедшая к нему девушка. – выпейте это. Это прибавит Вам сил.
— А что случилось?
— Мы забрали вас с баржи. Что случилось до этого, я не знаю. Но Вы были без сознания.
— А что произошло до того.
— Пожалуйста, расслабьтесь. Я не в курсе.
— А Вы кто.
— Я из врачей, которые изначально помогали вегетарианам. Мы не знали, что из этого получится. Месяц назад, мы сбежали и позавчера пришли в Москву. Я специалист по шоковой терапии. Меня сразу отправили к Вам.

Сергей оторопел.
— А сколько я был без сознания?
— Как мне сообщили, трое суток. Мне доверили следить за вами, потому что я считаюсь лучшим специалистом в своей области. Но никаких других подробностей мне не сообщают. Надеюсь пока. Не судите нас строго. Мы не знали к чему приведёт вегетаризация. Были те, кто с самого начала работал с вегетарианами добровольно. Но нас закрыли, в каком-то бараке, и открыли тогда, когда вегетаризация уже была проведена. Мы должны были помогать тем, кто ее прошёл, и у кого возникли проблемы. Но проблем было так много…
— А откуда вы сбежали месяц назад?
— Из Врачёва Гая.
— Там вегетариан много.
— Месяц назад было много.
— Я могу встать?
— Думаю, лучше пока не стоит рисковать. Это опасно и для вашей и для моей жизни.
— Почему?
— Вы получили сильный удар в область затылка и спины. Возможны смещения позвонков. Ну а моей… Если, что с Вами случиться, не думаю, что кто-то будет сомневаться, что я этому поспособствовала. То, что мне разрешили вас сопровождать, так только потому, что побег от вегетариан, организовала я.
— А как я получил этот удар?
— Я этого не знаю.
— А как меня зовут?
— А Вы не помните?
— Вы знаете?
— Нет. Вас, пострадавших, в вертолете двое. В разных отсеках. Я слежу за вами. Ещё один врач, за вторым пациентом.
— А еще пациенты летят другими вертолётами.
— Я не знаю, уважаемый. Выпейте этого напитка ещё.
— Не нужно. Я в норме.

В Москве носилки с Сергеем осторожно сняли с вертолёта, и понесли в какой-то центр. Там его прямо с носилками загрузили в какой-то прозрачный контейнер, и включили какой-то аппарат.
Во контейнеру двигалась световая радуга. Дойдя до конца, она начинала движение в обратном направлении.
Наконец она потухла, Сергея вынули из контейнера и отстегнули от носилок.
— Позвоночник в порядке, что очень удивительно. – сказал врач, мужчина, примерно такого же возраста как Сергей.
— Так что же со мной было.
— После того как вы нырнули, предположительно за пилотом вертолета, место падения было атаковано взорвавшимся устройством. Вас, и пилота вертолёта, спасло то, что вы были под водой. Сначала решили что, вы мертвы, но обнаружилось сердцебиение. У вас еще и все кости целы, а у пилота смещение позвонков. Но то, что Вы оба живы, чудо.
— Понятно. Вы из тех, кто сбежал от вегетариан?
— Нет. – Мужчина улыбнулся. – Меня специально для вас разморозили… из анабиоза.
— А кто на нас нападал и что с ними сталось?
— В эти подробности, меня не посвящали, да и не нужны они врачу.

Встреча с Марком была вполне ожидаемой.
— Я очень рад, что с тобой всё обошлось и поэтому больше никакой работы в поле.
— Марк! Не кипятись. Жизнь каждого из нас ценность и моя уже не большая ценность, чем всех остальных. Мои победы и поражения это уже история. Руководишь то ты.
— И поскольку я руковожу, то теперь никаких рисков. Ты мне нужен рядом.
— А что произошло со мной. Может ты, мне расскажешь, кто на нас нападал?
— Это отряд вегетариан, судя по всему, кочевавший по Европе.
— Хорошо, что в прошедшем времени. А чем это они нас?
— Они обучаются и делают туже работу, которую проделывали мы. Сначала вас сбил стингер, оставшийся с незапамятного времени, а потом взорвался дрон самоубийца.
— Откуда это у них оказалось?
— А у нас? Это война. Это война, в которой мы побеждаем. У нас больше шансов и нас всё больше и больше.
— И сколько нас?
— Найдено еще несколько крупных общин на побережье… и это не последние. Сейчас нас примерно около 300 тысяч, даже без бурых вегетариан и тех, кого вывели из анабиоза. Это несколько другой расклад, чем тогда, когда мы сорвались со столбиков. Время работает на нас. Все центры клонирования и анабиоза уже под полным контролем. Единственный центр управления, Москва, тоже контролируется нами. А вернуться те, кто на Фаэтоне…
Мы, кстати проследили ту группу, которая нанесла по вам удар. Вычислили анализом спутниковой съёмки. И саму группу, и центр из которого они пришли. Это Церн. Уничтожили всех.
У меня, кстати, для тебя частная информация. Вернулась Наталья и добивается встречи с тобой. Эти вопросы ты решишь сам. А вот то, что ты больше не участвуешь в поисковых и боевых операциях, решил я. Занимайся телевидением, клонированием жуков, созданием и воспитанием офицеров. Это была классная идея.
Жанна открыла школы молодёжи. А наиболее способных ребят, на продвинутое обучение. Преподают спецы, выведенные из анабиоза.
Можешь обосноваться в Москве, можешь в Крыму. Мы восстановили пневмотрамвай и теперь путешествия по контролируемым нами территориям без необходимости септолётов или даже метро.
— А где Наталия.
— Её, и других, кто сотрудничал с вегетарианами добровольно, мы поместили в Венев монастырь. Вот теперь ищи своё место в мирной жизни. Ты уже погеройствовал. Оставь немного молодёжи. Везение может ведь и изменить? А ты генерал, а не боец.
Так, где будет твоё основное место жительства?
— Надо с жёнами посоветоваться – ответил Сергей и они расхохотались.

Да, Марк конечно во всём прав. Во всём, кроме того, что Сергей на эту спокойную жизнь уже не был способен. Нет, время от времени отдых необходим, и очень приятно расслабиться. Но что потом?
Ладно. Это потом, он оставил на потом. А пока отдохнуть. Земля она большая. Где бы еще отдохнуть, как в Крыму. Слетать куда-нибудь в сельву? В сельву Марк не пустит. Самому выписывать «фортеля», значило подвергать кого-то большой опасности, кто будет послан эти «фортеля» прикрывать.
И Сергей оправился к жёнам и к Юлии.

Только через несколько дней Сергей решил отравиться в Венев монастырь, чтобы встретиться с Натальей.
— Привет! Как дела?
Сергей смотрел на Наталью с большим интересом. Она задала свой вопрос так, как будто она дома, а он уходил на работу и вернулся.
Что это? Желание подействовать на инстинкты… ну типа, ничего не произошло? Наталья видимо даже не осознавала, не могла осознать всех произошедших в нем перемен.
На него смотрела стареющая, располневшая женщина, совершенно чужая. Но несмотря на это, от ее такого домашнего тона, что-то ёкнуло внутри. Сколько лет они были рядом? Конечно, это давало себя знать.
— Привет! – Как ни в чём небывало ответил Сергей. – Мне сказали, что ты хочешь меня видеть.
Наверно, Наталья ожидала какого-то другого ответа. Наверно, по её представлениям он должен был обрушить на неё громы и молнии или растаять. Сергей предположил это глядя как она замешкалась.
— Я хочу встретиться с Юлей.
— Зачем тебе это?
— Я её мать. Я её люблю.
— И поэтому ты отправила её на столбики?
— Мы не властны над всем происходящим.
— И ты, можешь себе представить, что существовали обстоятельства, при которых так бы поступил я? – Сергей прилагал все силы, чтобы говорить не эмоционально и даже дружелюбно.
— Я просто хочу встретиться с Юлей. Я хочу ее видеть. Она мне сниться.
— Хорошо, я передам ей твоё желание.
— Спасибо.
Комната, в которой жила Натали была чиста и ухожена. Сергей сообразил, что он даже не может оценить чистоту, которая стояла в этой комнате. Для него и его с Юлей комната, была всегда чиста и ухожена. Но когда Ольга и Алина, в то время когда они были просто охранницами его тела, заходили к ним, то сразу начинали наведение порядка.
Он понял, что уже не помнит того, как происходило наведение порядка, когда они жили с Натали.
— Ну, тогда пока.
— Пока – ответила Натали. Она выглядела очень расстроенной.

Вернувшись в Москву он сразу пошёл к Юлии.
— Я был у мамы, она просила передать тебе, что хочет с тобой встретиться.
— А у меня нет никакого желания.
— Я обещал ей сказать тебе, что ты ей снишься.
— Ей сниться, как я её убиваю? — Спросила Юлия.
Сергей расхохотался. Его дочь быстро повзрослела.
— Люблю тебя. – Сказал он ей и чмокнул в щёку.

Глава 20. Подарки Новогодней Ёлки.

Община всё увеличивалась и увеличивалась. И надо сказать, что те, кто прошёл вегетаризацию, ненавидел вегетариан в ещё большей степени, чем те, кто от нее спасся.
Молодые ребята, сдав генетический материал, вступали в армию возрождения. Община гарантировала им, что в случае смерти на поле боя, у них будут и сыновья и дочери. Тем, кому участь умереть не представится, станут отцами девочек. А поскольку пережившими вегетаризацию была исключительно молодёжь, в армию принимали с шестнадцати лет.
Девочки готовились взять на себя роль воспитательниц.
Были организованы школы и университеты.
Воссоздавалась промышленность. По известным технологиям создавались взрывчатые вещества, и изготовлялись бомбы различного размера. Бомбы были в основном фосфорные и кассетные. Бомбы сбрасывали с барж, модулей и самолетов на места наибольшего скопления вегетариан, которые определяли стаи колорадских жуков.
Сергей всем этим не занимался. Не потому, что не хотел, а потому что был во всей этой деятельности не особенно нужен.
Он был уверен, что сказал Марку совершенную правду. Кроме участия в боевых операциях, он уже ни чем не мог оправдать своё существование. Но участвовать в этих операциях ему никаким образом не давали.
Делали и защиту. По старым технологиям создали пуленепробиваемую ткань. На месте где находилось сердце, почки, печень и селезёнка, стояли обтекающие тело, легкие но твердые пластины. Разобрались с тем свитком, который пару раз спас Сергея от парализатора. Это оказался слой микроконденсаторов на базе металлического водорода. Не стразу но скопировали. Материал получился менее мягким, но свои функции выполнял.
Сергей старался вникнуть, то в одну, то в другую задачу, но толку от этого ни ему, ни этой задачи не было.
На каждую задачу находился выведенный из анабиоза специалист, который справлялся с ней намного эффективней. Сергею оставалось только восхищаться их, специалистов, действиями.
Цивилизация Земли восстанавливалась, но уговоры самого себя, что он приложил к этому руку, облегчения не давали.
Он почувствовал, что работа по пересчёту живности в водоёмах, была действительно той работой, которую он мог делать лучше других.
Но этого пока делать было не обязательно.
Конечно, было приятно нежиться в постели, смотреть информер в кодовом режиме. Радоваться успехам Давида, Юлии, играть с малышами Ольгой и Александром. Нянчиться с ними. Но привычка к напряжению, к необходимости сконцентрироваться и действовать, требовала своё.
Он задумался. Причём задумался над этим впервые. А могли ли вегетариане победить мирным путём? Ну не оправляя их насильно на столбики.
Какая-то мысль, всё время бродила у него в голове, но он всё не мог ее поймать. Но Ощущение, что только их, вегетариан, какая-то ошибка, привела к их катастрофе, его не покидала.
В конце концов, хотел он этого или нет, но ему почти удалось расслабиться и только следить за происходящим. Особенно он следил за операциями по уничтожению вегетариан.
Каждый день удавалось уничтожить несколько сотен. Но вегетариане учились. Жуки чаще показывали положение вегетариан в предыдущие дни. И группы пытавшиеся подсчитать успех бомбардировок, уже несколько раз попадали в засаду.
Лёгкой победы, которую Сергей видел в уничтожении вегетариан, количество которых он оценивал, как семьсот миллионов, ожидать не приходилось. А значит, еще лет шестьдесят продлиться война. Пока не одряхлеют все вегетариане, первого поколения. И оставалось только молиться, чтобы до этого времени спутники электронейронного воспитания, продолжали действовать. Всё что Сергей придумал, так это заселить джунгли клонированными хищниками. Но хищникам всё равно кого есть. Это не жуки.

За всеми этими пустыми хлопотами и размышлениями время всё-таки шло. Приближался новый год.
Поскольку Сергей не был обременён другими заботами, он с энтузиазмом взялся за организацию праздника.
Встречу нового года, в Кремле, решили транслировать по всем информерам.
Решили установить сибирскую красавицу, метров пятьдесят. В Подмосковье, таких, не нашлось. Вместе с корнями, её должны были вкопать на Соборной площади Кремля.
Её должны были украсить сотни тысяч светлячков, на солнечных батареях, которые планировали высыпать на неё из аэростата, чтобы вертолеты или септолёты не разметали фонарики по всей территории Кремля.
Сначала ёлку должны были окутать сладким туманом, окружить огромным цилиндром. А поставленные снизу и побокам пропеллеры, должны были обеспечить равномерное распределение светлячков по ёлке. По задумке, каждая иголка должна была получить свой светлячок. Ёлка светилась бы всеми цветами радуги. Затем цилиндр планировали убрать, и септолёты должны были окружить ёлку зеркальным дождиком различных оттенков, гирляндами зеркальных шариков и разноцветных игрушек. После этого на её верхушке запылала бы рубиновая звезда.
Осталась только самая малость, найти и привезти эту ель в Москву.
Это была совсем не простая операция. Специалисты, которые проделывали этот фокус в годы предшествующие вегетаризации, небыли отправлены в анабиоз.
Облетая окрестности Тюмени были засечены несколько деревьев нужной высоты. Выбрали одиноко стоящее дерево, чтобы при его извлечении из почвы, не пострадала корневая система других деревьев и еще потому, что отсутствие тени гарантировало ровную величину покрова, практически со всех сторон.
Сергей спустился, с командой новых лесников, чтобы осмотреть дерево.
Ель была шикарной. Она стояла в низине, и было ей лет триста. Но все её иголочки были свежи, и на солнце, которое поднялось в зенит, пахли зеленой хвоей.
Ель была укрыта снегом, который искрил на солнце не хуже электрических светлячков. — —— Жаль, что снег на ней сохранить не удастся.
— Есть Шанс, что в Москве ее присыплет снежком. До нового года еще время есть.
Сергей дал команду на модуль, что ель годиться и вниз полетели тросы и звуковые генераторы. На ствол ели, по центру были наброшены три самозатягивающиеся лассо.
Звуковой генератор направленного действия, представлял собой цельнометаллическую тумбу на направляющих Позволяющих его вертеть. Сначала на расстоянии примерно десяти метров от ствола, звуковые генераторы устанавливались сплошным кругом, рабочей поверхностью, опускались на почву под тем наклоном, который был у почвы. Потом они включались инфро и ультро звуком, так, чтобы одномоментно в резонанс, своими максимумами попадали низко и высокочастотные колебания. Конечно, на одно низкочастотное колебание было несколько десятков тысяч высокочастотных. Важно, чтобы амплитуды их в момент максимумов находились в одной точке. Сама точка постепенно поднималась в верх. Земля разрыхлялась различные по структуре объекты, отелялись друг от друга.
Когда установку генераторов почти закончили неожиданно прозвучали выстрелы и по металлической поверхности генераторов, со стороны ближайших деревьев, застучали пули.
— Всем внутрь! Внутрь!!! – Заорал Сергей.
Все попрыгали внутрь и спрятались за массивными генераторами, как за стеной..
Но пули продолжали стучать уже по верху генераторов, когда кто-то хотел выглянуть. Не повредив ели, с платформы помочь не могли. Да и повредив ель, платформа не могла быстро двинуться с места. Это же пятидесяти метровое дерево, очень развитой корневой системой.
Платформа беспомощно висела над упавшими в снег лесниками, а сверху, видимо с деревьев окруживших выбранную ель, по ним вели огонь из огнестрельного оружия.
Сергей быстро развернул один из генераторов, находившихся со стороны стрельбы рабочей поверхностью в сторону стрелявших, и включил его на полную мощность.
И это сработало.
Деревья и руки стрелявших и их оружие были различной структурной плотности и поэтому испытали сильные акустические удары.
Стрелявшие, шишки и хвоя деревьев, в сторону которых пришёлся акустический удар посыпались на снег.
К этому времени, на платформе уже успели отцепиться от ели, и спланировать в сторону упавших, с оголенных елей, вегетариан.
— Брать живыми! — Орал в коннект Сергей. – Брать Живыми!
Брать напавших живыми оказалось не сложным. Вегетариане были одеты в прозрачные, и как потом оказалось, пуленепробиваемые комбинезоны, которые, к тому же, служили неплохой защитой от холода, поскольку имели автономный обогрев.
От акустического воздействия, тела нападавших превратились в сплошной синяк, от ударов которые наносили им их собственные комбинезоны.
Нападавших скрутили, хотя было такое ощущение, что это лишнее. Но на всякий случай.
— В Москве разберёмся – скомандовал Сергей – вернемся к ели.
На самом деле его самого немного бил озноб, и вовсе не от холода. Одет он был хорошо. Но колени дрожали.
«Ну вот» — подумал он – «теперь адреналина на пару месяцев хватит»

Ель всё-таки выкопали. Прилетели с ней в Москву и в подготовленную лунку, 25 метровой глубины, вставили. Засыпали липким питательным грунтом, утрамбовали по краям и уложили твердое покрытие. Аккуратно поставили шесть подпорок, чтобы не упала. А через неделю, будет стоять, как здесь и росла и можно будет начать украшать.

— Зачем ты взял их живыми? Они же ничего не расскажут. Или ты хочешь их пытать? – спросил Сергея Марк.
— Пытать это тоже идея. Это возможно поможет спасти кого-то. Так что не до церемоний. Но мне вообще интересно, почему они не сдались? Какие их движущие мотивы? На что надеются? Может нам это угрожает?
— Ты всегда усложняешь. Ты вообще знаешь, как пытать?
— Из того что я читал о пытках, эффективной была пытка паяльником. Его вставляли в анус. Но я не могу представить, как это действует? Потому, что пока жало не встретиться с металлом, оно не начнёт нагреваться. Или раньше в анус, предварительно вставляли метал? Еще одна пытка, это электричеством к половым органам. Тут я совсем не понял. Ну да ладно. Придумаю, что-нибудь современное.
— Ну, пробуй. Хотя мне это даже представить противно. Но это может кого-то спасти, значит оправдано.
«Да»- думал Сергей – «Ещё с того момента когда я посадил жука вегетарианки в рот, я понял что современное воспитание как-то препятствовало этому. Ну что же. Видимо это только у меня, слоновая кожа».

Пленённых вегетариан рассадили в кресла создав круг радиусом метров двадцать. Руки и ноги их, были зафиксированы, рты заклеены.
Они сидели перед Сергеем, находящемся в центре круга, голые и беззащитные.
— Господа! Мне нужно получить от вас некоторую информацию. Но у меня есть подозрение, что некоторые из вас не захотят мне её сообщить, или попытаются обмануть. Это меня не устраивает, поэтому, я честно хочу с вами договориться.
Вот тут у меня, — Сергей снял материю с большого стеклянного контейнера – несколько сот тысяч известных вам жуков. А вот колпак. Под такие колпаки, на половые органы каждого из вас будут помещены несколько тысяч этих дивных созданий. Мужчин они освободят от наличия первичных половых признаков… возможно это будет немного больно, а с женщинами…. А с женщинами сложнее. Жуки заберутся к вам внутрь и вы станете тем местом, где они отложат замечательные кладки своих рубиновых яиц. Вот таких.
Сергей показал несколько кладок.
Вы будете еще долго жить и ощущать всю прелесть материнства. Вы станете инкубаторами этих милых созданий. Впрочем, такое может произойти и с мужчинами. Это будет весьма занимательный эксперимент. Наши специалисты постараются сделать всё, чтобы вы прожили как можно дольше и получили всю радость от описанных ощущений.
Но есть и другой вариант. Каждый из вас, честно и с максимальной искренностью отвечает мне на все вопросы. И если ответы сойдутся, а я на это очень надеюсь, то жукам придётся довольствоваться другим кормом.
Сейчас вас развезут по отдельным комнатам и зададут необходимые вопросы. Но те, кто заранее не хочет беседовать, может подать знак покивав головой, и мы сразу пременим жуков, но только к нему. Остальные некоторое время смогут понаблюдать как это приятно и принять правильное решение. Но обратной дороги не будет.
И так, кто не хочет беседовать?
Таких нет?
Ну вот и прекрасно.

Конечно, Сергей блефовал, описывая возможные ужасы. Реальность была бы более прозаичной. Но это уже было не важно. Никто не замотал головой, а в глазах большинства он читал ужас. Сергей помнил что все они больны фагофобией.
Теперь каждому из них, не он, а прошедшие вегетаризацию, молодые люди, зададут стандартные вопросы, ответы на которые потом можно будет сравнить, прежде чем Сергей сам побеседует с каждым.
Сергей попросил сотников выделить ему по одному человеку. Человек должен был быть самым неуживчивым. Товарищи должны были недолюбливать его за постоянные подколки.
Сергей наконец нашёл себе достойное занятие.
Он создаст новые полицейские силы Земли. Начнёт со следственного отдела.

Вегетариан поместили в цельностеклянные боксы на крыше высотного здания так, чтобы ни кто из них не мог слышать или видеть друг друга. В бокс подавалась вода, он обогревался, там было раскладывающееся кресло мягкого пластика. Имелась возможность разговаривать с человеком вне бокса. Человек вне бокса мог быть либо видимым либо просто голосом. Вероятность того, что голый вегетарианин, каким-то образом преодолеет стену высокопрочного стекла, отсутствовала.

Кандидатов в следователи было двенадцать. Восемь девушек и четыре парня.
Сергей собрал их на организационное собрание и поставил вопросы, на которые новые следователи должны были получить ответы. Он не ограничил кандидатов, формой и порядком в которых эти вопросы прозвучат.
— И вообще беседуйте, как вы считаете нужным. Те, кто достигнут больших результатов, останутся. Остальные вернуться в свои сотни. И без обид. Это специфическая работа.
Но оставшиеся здесь будут иметь особый статус, и будут работать практически самостоятельно.
После допроса своего подследственного, каждый должен выдать свои размышления о том, что и как дальше спрашивать у остальных подследственных не ещё не прошедших допроса. А их всего девятнадцать. Потом вы прослушаете результаты друг друга и выдадите свои соображения на основании уже всего материала. А я это всё оценю.
Вот тут, девятнадцать номеров. Каждый может выбрать себе один, по своему вкусу. Кто это будет мужчина или женщина, пока вы не подойдете к номеру выбранного бокса, вы не узнаете. Допросы будете проводить завтра, чтобы у Вас было время обдумать его тактику. Выбор номеров подследственных, по тому порядку как сидите, справа налево. Поехали.
— А можно вопрос? – Спросила одна прошедшая вегетаризацию девушка, по имени Анжела.
— Вопросы будете задавать подследственным.

Кандидаты в будущие следователи выбрали себе номера.

— Я вас немного обманул. И так иногда будет случаться впредь. Вся информация о том вегетарианине, которого вы будете допрашивать, уже у Вас на коннекте. Допрос можно будет начать с нуля часов и до 24 часов следующего дня. Время выберете тоже сами. Всё. Работайте.

Сергей не любил держать дистанцию. Но видимо для этого нового дела, некоторая дистанция была нужна.

Главный вопрос «Где взяли оружие?» выяснился быстро и без проблем. Оружие было найдено в различных районах Ближнего Востока и северной Африки. Раньше эти территории были Ливией, Ираком, Сирией и Ливаном. Там, почему-то, его хранили под почвой. Наличие метала, и привело к находкам. Сначала нашли одну находку, случайно. Потом начали искать сознательно. Боеприпасов мало, поэтому почти не тренировались. Рассчитывали отбить часть оружие у плотоядных людей. Узнав по информеру, что в Москве будет установлена праздничная ель, более ста пятидесяти тысяч вегетариан, отправились в районы возможного произрастания таких елей. Прозрачные комбинезоны есть у всех. Появились они после того, как стало ясно, какую опасность представляют жуки. А после первого захвата центра связи с помощью нового оружия, их решили делать непробиваемыми для пуль и с автоподогревом. Но в тропических районах ими не пользуются из-за не удобства.

В районы предполагаемого нахождения вегетариан, было выслано пять мудулей со звуковыми генераторами направленными вниз. После визуального обнаружения хоть одного вегетарианина, генераторы включали и собирали урожай из вегетариан и шишек. Но природе наносился значительный ущерб.

Сергей срочно вызвал к себе инженеров по звуковым генераторам.
Он положил на стол комбинезон вегетарианина.
— Мне нужен излучатель, который будет воздействовать разрушительным образом, на границу между слоем этого комбинезона и кожей вегетарианина. Предполагаю, это будет выборочный набор частот. Идеи есть?
— Что недолжно попадать в спектр воздействия?
Деревья, иголки, листья.
— Нужно поэкспериментировать.
— Что Вам для этого нужно
— Комбинезон и вегетарианин.
— Без проблем. Хоть сотню.

— Ну вот – говорил Сергею Марк – Тебе вообще ничего нельзя доверить. Опасности прямо ищут тебя. Но мне кажется, ты сейчас нашёл себе дело, при котором не нужно будет лезть в самое пекло.
Сергей рассмеялся.
— Раве съездить за ёлкой это пекло?
— Жизнь показала, что ты умеешь находить «удачу» и в такой рутине. Но со звуковыми генераторами это прекрасная идея. Теперь можно будет выискивать вегетариан в непроходимых джунглях. И ничего страшного, если растения там, на некоторых участках, на годик сбросят свою листву.
— Марк – сказал Сергей уже серьёзно – у меня есть удача и способность правильно действовать, быстро находить решение, в критических ситуациях. В мирной жизни от меня, как от козла молока.
— Это ты не прав. Ты постоянно придумываешь, как приспособить нечто уже существующее, совершенно к новому делу. Придумывай дальше. Именно этим и занимайся. А в пекло я тебе больше лезть не дам. Точка.

Глава 21. Беседа.

Вегетарианина, который сидел перед Сергеем, звали Альберт Эйнтейнин совершенно не напрасно. Он был очень похож на молодого Альберта Эйнштейна, великого философа двадцатого века. Он был администратором третьего уровня. То есть, это был первый высокопоставленный вегетарианин, с которым Сергей мог побеседовать.
— Я всё сказал вашему следователю – говорил Альберт высокомерно и неприязненно – Что вы ещё от меня хотите?
— Альберт! Я совершенно не собираюсь вас допрашивать. Я хочу поговорить с вами о жизни.
— Кто Вы такой, чтобы говорить со мной о жизни? Я администратор третьего уровня. А кто Вы?
— Ну, администраторы первого уровня находятся в моём подчинении.
Альберт внимательно рассмотрел Сергея.
— Вы начальник террористов… Атаман?
— Ну, террористы это скорее вы. Это же вы хотели перестрелять людей, мирно готовящихся к празднику?
— Эти люди, когда не готовятся к празднику, истребляют нас одного за другим, сотнями.
— Тогда давайте перестанем играть словами и признаем, что идёт война. И мы с вами солдаты, воюющие на разных сторонах.
— Мы не начинали этой войны.
— Вы сделали нечто, что заставило нас, спасаясь от этого нечто, такую войну начать. Сколько миллиардов плотоядных людей вы истребили?
— Никто никого не истреблял. Именно ваши действия помешали выполнению той задачи, которая была намечена.
— Ой ли? Мы тогда еще только начали шевелиться. Вся наша «помеха» распространялась максимум на сотню километров. А погибли миллиарды по всей Земле.
— Ни у кого, никакого злого умысла не было.
— Это называется вивисекция. Это преступление против человечности. В древние века за это вешали.
— Вы здесь для того, чтобы сообщить мне о предстоящей казни?
— Я здесь для того, чтобы предложить вам мир.
— Мы предлагали вам мир. Почему Вы не приняли нашего предложения?
— Ваше предложение было предложением о капитуляции. Вы ведь, явившись причиной того, что вы назвали «несчастный случай» не предложили восстановить плотоядное человечество?
— Мы предложили вам жизнь, такой, какой вы хотели.
— В лагерях? Полагаясь, что новой вегетаризации не последует? Это не мир. Вы предложили нам капитуляцию. А я, если вы смотрите информер, действительно предложил вам мир.
— Всё живое хочет обеспечить жизнь своему потомству. Вы превратили наших детей в растения и предложили растения же и рожать. А мы люди.
— Но ведь и вы хотели прекратить возможность нашего размножения?
— Вы поедаете другую жизнь. Мы этого не делаем. Мы хотели прекратить все убийства, вне зависимости от того, чем они мотивированы – питанием или садизмом.
— И поэтому вы уничтожили миллиарды?
— Это пустая беседа. Наша природа и философия различны.
— Но я хочу задать Вам еще один вопрос. Если бы в предложении о мире вы бы имели возможность пролить свой род, вы бы согласились на мир?
— Вы согласны вернуть нам аппараты электронейронного воспитания?
— Во-первых, я хочу узнать, невозможность иметь детей, единственная причина вашего неприятия предложенного мира?
— Я не задумывался. Но этой причины вполне достаточно.
— Подумайте, пожалуйста, есть ли другие причины. И если есть скажите их мне. Сколько вам нужно времени это обдумать?
— А сколько времени у меня вообще есть?
— Если вы думаете, что я хочу быстрее Вас прикончить, Вы ошибаетесь.
— А что же Вы хотите?
— Найти путь для мира.
— Если найдется способ гарантировать нам разумное потомство и то, что оно не будет поедаемо, то всё остальное мелочи. Наказание, в виде потери социального статуса я переживу. Но только это не возможно.
— Возможно, Альберт. Мы возьмём у вас и у вашей спутницы, генетический материал, изымем из него всё, что связанно с вашей особенностью, зеленой кожи. И вы получите вашего ребенка, которому, как и его потомкам, не понадобиться электронейронное воспитание. Воспитаете его по-человечески.

Альберт смотрел на Сергея округлившимися от удивления глазами и видимо не знал, что на это сказать.
— Амнистию всем, кто согласиться на этот вариант, я гарантирую. Ну как, порукам?

Когда прошло первое удивление от этой идеи, Альберт задумался.
Он размышлял минут десять, а Сергей сидел и спокойно ждал, не торопя его.

— Жаль, что нам не пришла в голову идея, проделать такой фортель с Вами, вместо вегетаризации. – Наконец сказал он.
— Я размышлял об этом. Но это бы не прошло. Вы должны признать, что эволюция вегетариан, пошла по тупиковому пути и ваш плотоядный потомок, будет намного более вашим продолжением, чем вегетарианин второго…, не говоря о последующих поколениях.
— Можно, я несколько дней обдумаю Вашу идею. – В голосе Альберта не было уже никакой заносчивости.
— Конечно, можно.
— А как мы будем знать, что это действительно наши потомки?
— Ну, смысла вас обманывать, у нас никакого. А кроме того, ваши специалисты смогут присутствовать при процедуре генетического оформления эмбриона. Или наши специалисты, пронаблюдают, как это будете делать вы сами. Тут ведь не обманешь. На четвертом месяце развития плода, как ни старайся, а зеленого цвета кожи не скроешь. Прежде, чем беседовать с вами, я тщательно изучил все возможности.
— Ну, что же. Давайте попробуем. Мы с женой здесь у Вас оба.
— Если честно, мне этого мало. Я хочу, чтобы используя ваше положение, вы организовали колонию вегетариан, с которыми у нас мир. На каком-нибудь острове.
— На каком? – Альберт был явно удивлён скоростью принятия решений, в том числе и своих.
— Японские острова, Курилы, Сахалин, Кипр, Крит, Родос, Мадагаскар, Корсика, Сардиния. Выбирайте сами. Мне важно, чтобы среди вас не укрывались те, кто хочет продолжать с нами воевать. А если эта идея победит в сознании вашей общины, то и это перестанет быть важным. Сами, с воинственно-настроенными, справитесь. Альберт! Я действительно хочу мира. Я хочу, чтобы то, что произошло в последние три года, вспоминалось как страшный сон.
— По рукам – Сказал Альберт и протянул руку. – Нам тоже воевать противно.

Глава 22. Острова.

— Ладно. Чем бы дитя не тешилось…. А вдруг получиться? Какие меры безопасности планируешь?
— Думаю организовать прослушку. Нужно озадачить наших электронщиков. И само то, что вегетариане будут заняты взращиванием плотоядных детей. Перевешивает многие опасности.
— А если они отправят их на вегетаризацию?
— Своего ребёнка? Может, конечно, и найдутся пару уродов, типа Натальи, но это не может стать явлением.
— Прослушка хорошо, а приглядка?
— Тут у меня есть идея. Я хочу, чтобы они получили студию и транслировали передачи на информер, о новой жизни вегетариан. Кроме этого, можно найти добровольцев, особенно среди вегетаризированых, пожить вместе с ними и понаблюдать. Кроме этого у нас есть спутники. Пока это будет один остров. А если явление среди вегетариан наберёт популярность, мы освободим ресурсы от военных операций. И главное, они сами будут выращивать плотоядных девочек.
— А если захотят мальчиков?
— Я уже думал об этом. Я думаю результатом первого клонирования в каждую их семью, должны отправиться три девочки и один мальчик. Им придётся научиться быть нянями и учителями. И если каждые четыре года подсовывать им их четверню, на глупости времени не останется.
— Ты собираешься заполнить бывшими вегетарианами всю Землю?
— Я не расист, а генетика у них нормальная. А выращенные у них девочки, позволят и нам восстановить популяцию. Ограничивающая демографическая политика, я полагаю, дело будущих поколений. До пяти миллиардов, мы доберемся не скоро.
— Ну что ж, пробуй. Где будет происходить?
— Думаю, Кипр, подходит. Это даст их маленькой группе, которая надеюсь возникнет, перспективу развития. Для нескольких сотен и даже тысяч вегетариан, Кипр, материк.
— А что у тебя с твоей полицией?
— С нашей. Оставил всех. Ребята оказались головастые. Пусть работают.
— Кого ты назначил старшим?
— Марк! Разве я когда-нибудь тебя назначал?
— Нет.
— Там лидер тоже сам выявиться. Когда лидер выявиться, я, а вернее ты, его назначишь лидером. Главное, что ребята поняли, что на допрашиваемого нужно производить впечатление.
— Ну да. Сообщить им, что они станут колонией жуков. – Марк хихикнул. – Кстати, получено сообщение от Валерки. Сообщил, что у них всё в порядке, взяли курс на Землю.
— Прекрасно.

Получив добро от Марка, Сергей вызвал Филиппа с командой, Александра и Давида.
— Ребята! Всё что я буду говорит и спрашивать, да и сама беседа являются абсолютным секретом. Секретом для всех. Договорились?
Все кивнули.
— Мне нужно постоянная запись того, того, то будут говорить обладатели определенных коннектов, даже тогда, когда они ни с кем по коннектам говорить не будут. Мне нужно точное время, если они решат коннекты выключить и точка в которой обладатели этих коннектов будут находиться.
— Есть соображения?
— Соображения не нужны. – Сказал Филипп — Нужны эти коннекты, до того как они будут вручены пользователям. Просто, на них будет вписана дополнительная программа. Такие программы в древности существовали, но я уверен, что её не так сложно написать на современных модулях программирования. Если писать аккуратно, то обнаружить такую программу, будет не просто. А если не секрет, зачем?
— От всех, кроме вас это секрет. Поскольку просто электронщиков у нас уже достаточно, я решил, что ваша группа будет отделом электронной разведки. Я веду переговоры с частью вегетариан о мирном сосуществовании. Кажется успешно. Но мне нужно быть уверенным, что это переговоры о сосуществовании, а не передышка для них, для подготовки удара.
— Понятно.
— Тогда формализую. Каждый из вас становиться офицером этого подразделения, Филипп старший. Никакой информации о существовании подразделения и том, чем оно будет заниматься, никому и никогда. Кроме меня, о вашем подразделении будет знать Марк, но и он не будет знать о целях и задачах, которые я вам буду ставить. Сообщить ему о них, только если со мной что случиться. Есть возражения?
Ни кто не возражал. Все, на уроках истории, смотрели старые фильмы и знали, что быть в разведке это очень важно и ценно.
— Тогда начинайте готовить коннекты. Переселение начнётся очень скоро.

***
Сергей даже не знал, удивляться или нет, но идея такого изменения жизни, которую он изложил Альберту, заинтересовала очень многих вегетариан первого поколения. А кроме того, она давала им возможность выйти из ступора. Сначала, практически психически неполноценные дети… которые и детьми являлись чисто условно, поскольку основное воспитание им давали электронейронным способом, во вторых, после явного поражения, которое так неожиданно на них обрушилось, вернуться к полноценной жизни обретя возможность полноценного потомства.
Военные операции по ликвидации, было решено заморозить.
Альберт предложил поселить их на Корсике. Возражений не было.
При вселении сразу были оборудованы теплицы для выращивания клонов. У каждого вегетарианина, при переселении брали генетический материал, и вручали, ранее отобранный коннект. Через неделю в теплицу помещались зародыши будущих плотоядных детей вегетариан. Для работы над искусственным оплодотворением, генетического материала родителей, привлекли вегетариан, которые до того, занимались клонированием. Это гарантировала переселенцам, что они будут воспитывать именно своих детей.
Поскольку Альберт был самым высокопоставленным администратором переселенцев, он стал и администратором новой общины вегетариан.
После Корсики, были заселены Сардиния, Кипр и Крит.
Из различных мест они получали сигналы от групп вегетариан, желающих переселиться, перевозили их к новому месту обитания.
К марту, были заселены практически все острова средиземного моря, как маленькие, так и большие.
И к удивлению Сергея, который уже рассчитывал, что в этой программе примут участие большинство вегетариан, поток желающих неожиданно оборвался.
Человеческая община к этому времени, за счет найденной молодёжи выжившей после вегетаризации. Увеличилась до полутора миллионов человек. Из анабиоза выводили очень избирательно.
На островах поселилась община вегетариан, значительно превосходившая по численности общину плотоядных людей. Их было двести пятьдесят миллионов, и они культивировали у себя триста двадцать миллионов зародышей плотоядных девочек и восемьдесят миллионов плотоядных мальчиков.
Но почему остановился поток? Резко и казалось без всяких причин. Отношения с общиной переселившихся вегетариан, складывались мирно и без каких либо серьёзных трений. Это было для Сергея загадкой.
Решили проверить, где находятся вегетариане, взять хоть нескольких живьём и узнать, почему такое резкое изменение настроений? Может из зон, где они разместились, пошла какая-то негативная информация?
Ещё раз проверили спутниковые данные, данные коннектов, но это ничего не дало.
Поскольку поиском вегетариан занялся Виталлий и его группа, Сергей пригласил к себе Альберта. Самому вылететь к Альберту, Марк запретил.
Альберта тепло приняли, организовали ему встречу с вегетарианами, контролировавшими генетический процесс искусственного оплодотворения, показали подготовку тех средств, которые он просил предоставить. В общем сделали всё, чтобы он не почувствовал, что вызван для беседы. Беседа должна была состояться, как бы между делом.
Сергей, когда Альберта привезли в Кремль, где была его официальная резиденция очень радушно, по-свойски, его принял.
-Привет! Всё ли у вас в порядке? Нет ли каких-то таких проблем, в которые я должен вмешаться.
— Привет. Нет, таких проблем нет. Но есть вопрос. Почему в нашу общину перестали прибывать новые граждане? Вы решили, где-то создать, подобную нашей, но независимую общину? Ну типа, разделяй и властвуй?
— Никак нет. Это для меня не меньшая загадка.
— Только не надо темнить. Я вполне понимаю ваши опасения.
— Опасения, конечно есть. Я бы соврал, сказав, что нас ничего не беспокоит. На главное, что меня беспокоит, так это почему в вашу общину прекратился приток новых членов. Я уж было подумал, может вы в чем-то притеснены или считаете, что мы не выполняем договорённостей.
— Нет. С договорённостями всё в порядке. Никаких претензий. А почему к нам перестали присоединяться люди, я надеялся узнать здесь.
— Я в растерянности. Не знаю, что и сказать. Могу предложить твоим людям, полетать вместе с нашими поисковиками по местам, где мы предполагаем возможное нахождение тех, кто ещё не присоединился к программе.
— Это прекрасное предложение, я даже боялся просить об этом.
— Альберт! Я надеюсь, что между нами не просто мир, но и союз. Война между теми, кто с тобой и нашей общиной, надеюсь закончена. Я делаю всё, чтобы у вас не возникло в этом сомнений.
— Война закончена. Я не слепой и всё вижу. Я не знаю, что происходит с оставшимися, но с нашей группой, растяшей в инкубаторах, своих плотоядных детей, войны не будет.
— Вот и прекрасно. И давай договоримся, если мне или тебе, что-то станет известно, о причинах остановки процесса, который мы начали, мы сообщим друг другу.
— Согласен.
— А пока, выдели человек десять для участия в нашей поисковой группе. И ещё. Приближается лето, а вы на основных курортах средеземноморья. Сможете принять какое-то количество наших отдыхающих?
Сергею было очень важно показать полное доверие
— Конечно, примем! С радостью. Нам пока, кроме благоустройства под смешанное жильё практически нечем заняться.
— А как на счёт того, чтобы заняться медициной и обучением. У нас много малообразованной молодёжи, а учителей пока мало. – Сергей таким образом хотел увеличить количество наблюдателей, которые были бы наблюдателями тайно
— Без вопросов. Присылай. Но нам тогда нужны несколько фабрик, по производству еды, для плотоядных.
— С этим вопросов тоже нет.

У Сергея не возникло ни одного повода, чтобы не поверить Альберту. Те из плотоядных, кого как в разведку посылали на эти острова, рассказывали о том, чем были заняты вегетариане, и это вовсе не была подготовка к войне.
Но проходила неделя за неделей, а остальных вегетариан, первого поколения, не находили.
Земля большая. Растительности много и конечно, тысячи и десятки тысяч из них, могли оставться не замеченными. Но 400 миллионов!!!
Вегетариане, второго и последующих поколений бесцельно бродили по полянкам к рекам. Иногда среди них появлялись маньяки, так назвали тех, кого установка убивать всё зеленое и движущееся, находила. Маньяки, нападали на демобилизованных особей второго и последующих поколений и рвали их. В некоторых местах это выглядело как побоище. Многих убивали жуки. Но никого их клонированных или первого поколения, в побоищах не находили.
— Как сквозь землю провалились – сказал однажды Виталий Сергею, когда они обсуждали это исчезновение.
— Сквозь землю? – переспросил Сергей.
— Завтра же начну проверку метро. – поняв догадку Сергея ответил Виталий.
— Нет. Тебе под землёй делать нечего. Под землёй это Алик с командой.
— А в Америке… в южной Америке, такая сеть была.
— Ну давай садиться за парту. Будем учить историю цивилизации серьёзно.

Сергей вызвал Жанну, и поставил вопрос перед ней.
— Какие, подобные метро технологии или проекты, были в прошлом, в человеческой истории.
— А что Вы конкретно ищите? Мне так легче будет вспоминать.
— Понимаешь, какое дело. Четыреста миллионов вегетариан, исчезли с поверхности планеты Земля. Вариант, что они замаскировались, на поверхности, практически отпадает. Я ищу какие-нибудь идеи, куда бы они могли деться.
.- Ну так сразу, я не скажу. Всей истории знать нельзя. Я занималась технологической культурой Москвы и Подмосковья. Но я знаю, где искать. Лучше если я буду делать это вместе с учениками. Надеюсь, задача которую вы поставили, не секретна?
— Задача не секретна, но вегетариан, лучше не вспоминать.
— Не буду.
— Ну тогда за работу. .
— Я хотела бы собрать для поиска побольше детей, до 14 лет.
— Да хоть всех.
— Лучше тех, кто заинтересуется.
— А как это сделать.
— Я объявлю краеведческий конкурс, по странам и континентам. Желающие примут участие.
— Жанна! Ты настоящий педагог.

Глава 23.

Темой конкурса объявили: «Проекты по заселению подземных и подводных городов в истории человечества».
Через три дня Сергей читал конкурсную работу своей дочери, и понял, что конкурс можно было не проводить.
Работа ее была фундаментальна. Начиналась она фантастикой Обручева «Плутония» и «Путешествие к центру земли» Жуль Верна.
Юля утверждала, что именно эти книги, которые (как оказалось) она читала раньше, вдохновили человечество на те проекты, которые были осуществлены, полностью или частично.
Первые реальные проекты, возникли в конце двадцатого, начале двадцать первого века, когда опасаясь ядерной войны, руководители общин, которые тогда назывались народы, для себя и для своих приближенных, стали строить подземные города типа «Бункер».
Этих городов Юля насчитала одиннадцать, но скорее всего более мелких существовало больше. Для их строительства использовались шахты, оставшиеся после добычи камня и других твердых полезных ископаемых. Но эти шахты расширялись и укреплялись. К ним подводилась необходимая инфраструктура.
Очередной этап строительства городов не на поверхности Земли, начался посредине двадцать первого века. Вызван он был боязнью всемирного потепления из-за большого количества парниковых газов, в верхних слоях атмосферы. Опасались таяния ледников и затопления поверхности земли.
Было создано около пяти огромных подводных городов, и восемнадцати подземных. Находились эти города на глубине от ста до двухсот метров, от поверхности земли.
Когда стало ясно, что ничего особо глобального в этом направлении не произойдёт, начали опасаться нового ледникового периода.
Начали строить подземные города намного глубже, чтобы тепло центра Земли обеспечивало основную, необходимую людям температуру.
Строительство этих городов продолжилось и в двадцать втором веке и продолжалось, почти до начала двадцать третьего века. Но главным мотивом такого строительства, была перемена полюсов, которая, как предполагали должна была произойти в начале двадцать третьего века.
Поэтому строительство велось в центрах тектонических плит. Тогда же многие части предыдущих проектов связывали друг с другом защищёнными проходами.
В двадцать четвертом веке все эти проекты были прекращены, и человечество полностью переключилось на космические проекты.
Юлия присоединила к своей работе три карты расположения этих городов.
— И где же ты раздобыла все эти сведения? Я их в архивах не нашёл. – Спросил Сергей с удивлением глядя на дочь.
— Я этого тоже сейчас не нашла в архивах. Но когда тебя не было, и мне было очень грусно, я читала статьи и о развитии фантастики и читала фантастику, о которой там говорили. А поскольку я не люблю читать голограммы, от них голова устаёт, я с копировала это всё на таблетку и читала на информере, который переделал Дава (так Юля называла Давида).
А сейчас я хотела найти по коннекту ещё, но ничего не получилось.
— Ты у меня золото.
— Я знаю. – Юля была абсолютно искренняя, но с полным отсутствием ложной скромности. Ей просто во время, забыли сказать, что нужно быть скромной. Было не до того.
— Ты мне…. Ты нам всем очень, очень помогла. Но давай эту твою работу сохраним в тайне, а победителем, пусть станет кто-то другой. Но, чтобы ты не расстраивалась, я беру тебя на полных условиях, как взрослую, в важный секретный проект. И никто не должен об этом знать, кроме меня и тех, кто будет вместе с нами этим заниматься.
Ты будешь думать и угадывать, что будут дальше делать вегетариане. Хорошо?
— Хорошо. Вегетариане ушли в эти города и стёрли все статьи об этих городах из архива?

Сергей поцеловал своего маленького гения, и сказал:
— Наверное.

Через час, Сергей уже был у Марка.

— Нужно срочно доставить с Луны, если там есть, копию файлов архива за двадцатый двадцать четвертый века, а также полный перечень сельскохозяйственых вредителей. Его тоже стёрли. Нужно вывести из анабиоза несколько биологов, микологов и энтомологов.
— Я понял. Ты будешь распоряжаться мной, а я остальными.
— Марк! Я что, часто командую?
— Да ты только этим и занимаешься.
— Правда?
— Процентов на пятьдесят. Но скажи, почему срочно?
— Никогда не знаешь, сколько времени осталось.
— До чего?
— До того, как узнаёшь, до чего.
— Доступно.
— И ещё. Посиди, пожалуйста, как только прибудут файлы, пришли зануд, чтобы сверили, что ещё стёрто.
— Слушаюсь, генерал.
— Выполняйте маршал. Да. И лучше, чтобы начали пересылать запрошенные файлы передатчиком, и одновременно выслали дрона с копией архива на нестираемых носителях.
— А где тебя искать.
— Через десять часов, я тебя сам найду. А пока, я пойду сообщить жёнам, что они ещё не вдовы. И кстати, сегодня вся Земля для меня, совершенно безопасна… или опасна везде. Опасность подстерегает в будущем. Марго, передай привет.

Жёны не обижались на Сергея… почти. Хотя Алина говорила иногда, что несмотря на тяжёлую обстановку в начале их отношений, Сергей, всё время старался что-то придумать, чтобы эти отношения создать. А сейчас обленился.
Сергей списывал упрёки на женское. Он не переставал радоваться своим жёнам.
Ольга и Марго очень любили своих детей, но заботилась о всех них Алина. В апартаментах, которые они занимали, образовался маленький детский сад. Катенька, маленькая Ольга и Александр, воспитывались вместе. Марго, заходила почти каждый день.
Иногда, как рассказывала Алина, приходила Юля, и часами что-то рассказывала малышам так, как будто они уже взрослые.
Когда домой приходил Сергей, взрослые уединялись в соседних апартаментах, передавая заботу о малышах, одной из двух соседок по подъезду, которых называли товарками.
Уходя с Ольгой и Алиной в соседние апартаменты, Сергей ловил на себе, как ему казалось, насмешливые взгляды этих товарок.
Невозможно понять женщин.
В общем, семейная жизнь проистекала своим чередом. Как будто мир уже наступил.
Ощущение постоянной готовности к смерти, которое видимо и привело Ольгу и Алину, к близости с Сергеем, у девочек исчезло, чем Сергей был очень доволен и горд.

На следующее утро, вместе с Юлей, Сергей уже сидел в Центре управления и читал первые, переданные с Луны файлы.

— Ну что скажешь?
— Пап, но ведь они, эти подземные города, строились не для вегетариан? Тогда ведь вегетариан не было? Значит, там есть вентиляция.
— Я тоже об этом думаю, но нужно найти, где она и как устроена.
— А давай фантазировать. Если на земле нет хорошего воздуха, для дышать, то откуда брать кислород?
— И откуда?
— Из подводных растений, или создать «Плутонию» под землёй. Но наземных растений всё равно мало. А вот анигилятора, чтобы получать кислород прямо из воды, тогда не было.
— Но тогда уже был управляемый термояд. Это сейчас, когда есть анигилятор, мы относимся к термояду, как малоэффективному источнику энергии, но это не совсем так.
— А что, для этого термояда нужно?
— Как минимум, вода. Но это мы сейчас проверим на синоптике.
— А что такое синоптик?
— Да. Школа нужна. У тебя очень много знаний, но они без системы. Синоптик, это программа, которая рассчитывает погоду исходя из всех известных факторов. Мы только так и можем погодой управлять. Знаешь об отражателях?
— Это зеркала, которые нагревают воздух в какой-то точке, чтобы создать … не помню как называется.
— Называется «циклон». Но это не важно. Нам сейчас нужны аномалии.
Сергей включил на терминале синоптик.
— Привет синоптик!
— Привет Сергей Александрович.
— Синоптик, имеются ли какие-то аномалии, в погодо-образовании со средины февраля.
— Имеется. Но на уровне близком к шуму.
— Рассчитай, пожалуйста, где в мировом океане должен производиться забор воды, чтобы эти аномалии вызвать.
— Задача класса «Б». Ответ будет получен через 18 часов 14 минут.
— А результаты первого ряда.
— Результаты первого ряда будут получены, через 47 минут.
— Выдашь нам их, но полный расчет также необходим.
«Хорошо решать задачи в «центре управления»» — подумал Сергей.
— Знаешь что… А не пора ли нам подкрепиться?

Меню в центре управления было очень разнообразным. Сергей вспомнил время, когда они полуголые вынуждены были питаться подножным кормом, а потом и вегетарианами.
Другое дело сейчас. Белковые шницеля, любых вкусов, пусть и сделанные из клеточных культур, но практически, ни чем не отличающиеся от натуральных. Были первые тепличные овощи. Был вкуснейший напиток из синтетического орехового шоколада, который любила Юля. Сергей запивал еду грейпфрутовым нектаром, смешанным с байкальской водой. Сплошное чревоугодие.

И синоптик выдал результаты.
Забор холодной и выброс тёплой воды, происходил в двух местах. Оба были в районе старых, подводных городов, накрытых ячеистыми куполами из мягкого стекла
Сегодняшние технологии позволили бы .накрыть такой город абсолютно прозрачной углеродной толщиной в пять миллиметров. Но когда строились города, на которые указал синоптик, и вообще, подводные города, этой технологии ещё не было. Купол складывали из сужающихся книзу шестигранников мягкого стекла, так, что когда из-под купола выкачивалась вода, наружное давление обеспечивало такое соединение этих кирпичиков, что не одна капля воды не могла бы просочиться внутрь и не одна капля воздуха, находящегося под куполом, вырваться наружу.
Но у этих сужающихся к низу кирпичиков было замечательное свойство, они улавливали каждый лучик света, направляя его внутрь купола, так, что даже к кромешной тьме океана, под куполом, даже без электроосвещения, было «вечернее» освещение.

— Ну что? Пошли к Марку?
— Пошли.

Пока шли к Марку, Сергей рассказывал Юле всё, что знал о старых технологиях. Начал он с удивительных технологий, полигональной кладки древнего Египта. Рассказывал, всё что знал, о дамасской стали, о тех удивительных находках, которые он видел на Фаэтоне. Поговорили о том, как быстро они начали вспоминать и использовать ножи, топоры, лопаты, лук со стрелами, копья, которые в период до вегетаризации, могли рассматриваться только как музейные экспонаты. Но больше всего внимания уделили пирамидам, поскольку в двадцать первом веке, некоторые из бункеров, накрывали сверху чем-то подобным пирамиде, таким образом, защищая её вход.
Так и пришли к Марку.

— Я хочу организовать чисто разведывательные экспедиции к этим места. Хочу посмотреть на месте, что и как до того как будут приниматься решения.
— Караубас и Сан-Педро. Честно говоря, я предпочитаю, чтобы ты участвовал в этих экспедициях в режиме онлайн. Тебе туда нечего соваться. Я вам с Юлей организую полную виртуальную реальность. Ты будешь управлять роботом и даже не осознавать, что ты не под водой. Если хочешь, можешь в это время сидеть в бассейне.
— Издеваешься.
— Не вижу причины тебе туда соваться.
Сергей глянул на Юлю. Отправиться в реальное путешествие, ей не угрожало, а поучаствовать в таком виртуальном сеансе, хотелось очень.
— Ладно. – раздосадовано сказал Сергей. – Но мне и Юле, отдельные роботы.
— Хоть по два.
— И с берега мы отправимся туда сами.
— Как захотите. Завтра. К полудню, устроит?
— Устроит. Но хотелось бы быть поближе. Чтобы без задержки сигнала.
— Это можно. С баржи. Хорошо.
— Хорошо. – Сказал Сергей примеряясь с этой участью.
Конечно. Хотелось вживую пощупать купол. Хотелось попробовать ощутить малейшее течение. Но что есть, то есть.

Долетев на барже до района Сан-Педро, они с Юлей заняли сои места в креслах, надели очки и дали команду на сброс своих аппаратов.
У Сергея было полное ощущение, что в Воду летит он, а не аппарат.
Кроме тактильных ощущений на пальцы, которые давали манипуляторы, аппарат давал только видимость и звук. Но этого видимо хватало.
Сам спускаемый аппарат выглядел, как человек.
— Наконец ты с папой одного размера.
— Прикольно.
Они направили свои аппараты к место, где по версии синоптика производился отбор воды.
Они плыли вдоль округлого купола. Купол был плотно покрыт водорослями, кораллами и вросшим во всё это серым песком.
— Ты первый раз ныряешь.
— Я посмотрела несколько фильмов Кусто, Жинтарева, Ягура. Но это фильмы. Так интересней. Ну и Крым.
Картины действительно открывались изумительные. Если бы не подводные экскурсии в восточном Крыму, куда он однажды, еще мальчиком отправился с папой, он никогда бы не выбрал профессию ихтиолога.
Сергей остановил робота и его пальцами, коснулся к поверхности.
Поверхность была шершавой. Температурный датчик показал, что на несколько сотых градуса температура теплее, чем температура воды, в которой они плыли.
Сергей поймал себя на том, что думает о себе, как о плывущем. Ну и ладно. Голова приспосабливается оценивать обстановку.
В это время робот Юли поплыл чуть вправо и склонился над каким-то местом.
— Куда поплыла?
— Тут звезда. Красная и красивая.
Сергей понял, что Юля также уже представляет себя плывущей.
Они плыли и плыли, но никакого течения не ощущалось и датчики его не показывали. Но не мог, же синоптик ошибиться.
Они поплавали еще часа полтора. Несмотря на отсутствие течения, было жутко интересно. Но всё, в конце концов, приедается.
— Попьём чаю?
— А роботы?
— Ну кто-то, за ними с удовольствием присмотрит.
— Я какао – сказала Юля.
Они попили, Сергей чаю, а Юля какао, всё время, глядя на экран, который выдавал картинку того, что видели роботы, управляемые занявшими их место ребятами.
— А сколько роботов на барже всего? — Спросил Сергей командира экипажа.
— Двадцать четыре. Но мест управления всего шесть и всего двенадцать человек подготовленных операторов.
Сергею стало интересно. Им с Юлей, конечно, провели два занятия по управлению роботами, но что такое подготовленный оператор?
— А что такое подготовленный оператор?
— Подготовленный оператор, может пользоваться панорамным обзором и четырьмя манипуляторами, выполняя разнообразные действия каждым.
Сергей попытался себе это представить и не смог.
— И что, таких двенадцать человек?
— Ну, полностью подготовленных, всего двое. Но десять человек по дороге к этому.
— А есть реальные аквалангисты.
— Квалифицированных трое, ну и человек шесть продвинутых любителей.
— А какое оружие для применения под водой, есть на борту?
— А что, есть такое оружие?

Сергей подумал, что следующую экспедицию он подготовит более тщательно. Ну а пока, что есть, то есть.
— К вечеру запускайте все шесть мест управления. Два для меня с дочерью, остальные посменно, по два часа. Нам на смену каких-нибудь не подготовленных, найдется?
— Да я и сам бы с удовольствием сходил на эту экскурсию.
— А кто будет баржей командовать?
— Ну это не проблема. У меня помощники прекрасные.
— Ну вот и договорились. Начинаем в двадцать ноль-ноль, и сохранять карту осмотренных мест…. Ну и видеозаписи.

Работа была очень интересной, но не дала совершенно ничего. Составили карты, сделали видеозаписи, посмотрели большую часть из них. И тут с Сергеем, из Москвы связался один из ребят, которых оставили читать пришедшую информацию о подводных и подземных городах. Сообщение было кратким: Синоптик выдал новые указания и вместо Караубаса и Сан-Педро, это был водный промежуток между Шикотаном и Кунаширом, в Южно-Курильском проливе, где подводные города никогда не строились. Это было на стыке литосферных плит, и игры с водой вполне могли быть объяснены природными причинами Вторым местом был Мадагаскар, его западное побережье.
Сергей отметил, что места опять было два и понял, что нужно возвращаться в Москву и внимательней отнестись к подготовке экспедиций. С маху попасть в нужную точку не получилось.
Ничего. Теперь он сам не должен заниматься нудным анализом. Всё самое интересное найдёт и сообщит ему молодёжь.
Но прилетев в Москву и начав тщательную работу синоптиком, гоняя его по всем параметрам, он неожиданно обнаружил увеличение парниковых газов и сокращение, за последний месяц, озонового слоя.
Это было очень не весело и показало, что время у них действительно не безгранично.

Сергею уже надоело собирать разные совещания, создавать разные группы, но сам с этой проблемой он справиться не мог.
Но после того как он собрал специалистов и поставил перед ними задачу, стало ясно, что комфортной жизни у них осталось не более десяти лет. Где-то работали генераторы, синтезирующие конкретно парниковые газы. Какие газы и как узнать, где они выходят на поверхность, предстояло узнать.
Нужно было брать пробы атмосферы, писать новые программы для синоптика, собирать статистику, а в современном мире это всё было ещё ой как не просто.
Раньше бы за решение такой задачи, село бы пару миллионов, конкурирующих друг с другом спецов. А сегодня каждый разбуженный из анабиоза специалист создавал дополнительную статистику перевеса мужского населения.

А вообще Сергей злился.
Места, где вода исчезала, перемещались не повторяясь. Их было то два, то три, то, хотя и реже, четыре. Стыковать их с приливами и отливами, не получалось.
План подводных и подземных городов был, но те входы, которые на них были обозначены, дано были непригодны для входов и давно не открывались. То это был результат землетрясения, то еще чего. Но найти тот вход в который вошли в подземные города вегетариане, если они туда вошли, не удавалось. Подводные города были пусты.
Какой конкретно газ являлся причиной разрушения озонового слоя, тоже однозначно не удавалось. То есть, все газы были известны, но какой стал причиной ускорения разрушения озона, было не ясно.
И теперь даже улететь, на Фаэтон, забросав землю ядерными бомбами для наступления ядерной зимы, выходом не было. Если вегетариане в подземных городах, то зима им не повредит.
Триста миллионов исчезло, как будто их и не было. И только озоновый слой говорил о том, что они где-то имеются.
Ощущение полного бессилия давило Сергея и он злился.
«Чего это я возомнил себя руководителем? Ну, сделал вид для поднятия духа. Но где они эти руководители, которые придут и скажут: «- Нужно так!»?».
С таким настроением он, вместе с Юлей, своими женами и Марго, оправился в Екатеринослав. Он хотел пожить недельку в своей старой квартире, походить по знакомым улицам, посидеть у Днепра, по которому начался ледоход.

Марк, почувствовав его настроение, отпустил его без разговоров.
— Что-нибудь обязательно придумается. Мы были в гораздо худшем положении. Не нужно ощущать себя машинистом, который тащит весь состав. – успокаивал Марк Сергея, прикрепив к нему четырёх охранников, при полной выкладке. Еще пятерых подруг, которых им придали в охраны, на самом деле, охраняли Марго и его жёны.

А в Екатеринославе началась весна. В Москве он ее ещё не чувствовал, а тут природа уже пела ручьями и теплым упоительным весенним ветерком.
Земля почти освободилась от снежного наста.

Марго и Ольга с Алиной не хотели идти в те апартаменты, где он жил до вегетаризации. Там он жил с Натальей. Это была странная, для Сергея, форма ревности, но он понимал, что она существовала и не собирался с ней бороться.

Странное это дело, ледоход. Наверно точно также и тысячу и две тысячи лет назад по воде плыли посеревшие льдины и так же бежали к Днепру ручьи. Так же таял снег и такой же запах окутывал солнечное весеннее утро.
Все было так же, как и три года назад. В природе не изменилось ничего.
А сильно ли изменилась его жизнь?
Казалось, войди он сейчас в свою лабораторию, его спросят, почему он опять опаздывает и готов ли отчет за февраль.
Но ничего этого уже не было. Природа была такой же, а мир был другим. И он был другим. И красавицы, которые шли рядом, были не студентками или практикантками, а его жёнами. А та, что была женой тогда, когда он жил в этом городе, сидела в Веневом монастыре в старой келье и ждала когда ей разрешат вернуться к работе. Кроме ее карьеры её и сегодня ничего не интересовало.
Налюбовавшись ледоходом, он с Юлей и четырьмя ребятами отправился в апартаменты, где Юля и была ребёнком, а его жёны вместе со старшей дочерью, отправились к ней.

Зайдя в подъезд, ребят охраны отправили в апартаменты напротив, а Сергей с Юлей зашёл в апартаменты, в которых когда-то жили.
Что-то сентиментальное ёкнуло в груди Сергея.
Всё было так, как будто они вышли и вернулись сюда через пару часов. Казалось, что Наталия сейчас спросит из соседней комнаты: «Это Вы? У Вас всё в порядке?».
Но нет. Только окна открытые потокам солнца.
Юля направилась в свою комнату.
— Стой! — Заорал Сергей, поняв по какой причине, могут быть так открыты окна. Но было поздно.
Прямо в дверях, прижав большой черный пистолет к Юлиной макушке, стоял Ракки.
— Бросай пистолет низ или попрощайся с дочерью, каннибал.
Сергей достал из за пояса пистолет и упустил его вниз.
— Может, решим наши отношения в рукопашной? – Говорил он Ракки, пока доставал и бросал пистолет.
— Это война. Хватит играть – ответил Ракки, переводя свой пистолет в направлении Сергея.
И тут произошло нечто, чего ни Сергей ни Ракки никак не ожидали.
Юля воткнула что-то острое в голое тело Ракки, чуть ниже пупка.
Ракки, выпучив глаза, схватился за живот, выпустив пистолет.
Юля поймала этот огромный пистолет, и направив его дулом вверх, выстрелила.
Всё это казалось заняло не больше секунды.
Сергей наблюдал происходящее, как в замедленной съёмке, не в состоянии пошевелиться.
Пуля попала Ракки в подбородок и снесла ему верхнюю часть черепа, забрызгав его мозгами выскочившую из Юлиной комнаты Беллу.
Юлю выстрелом отбросило в бок и вниз и она сидела на полу, слева от двери, но пистолет из рук не выпустила.
Белла истошно заорала, поняв, что произошло с Ракки, но решив, что схватка была с Сергеем, направила в него свой пистолет, тут же получив из пистолета, сидящей на полу Юли, пулю в колено.
Юля стреляла практически в упор, правая нога Бэлы, была прямо перед ней, и было такое впечатление, что выстрел переломал ногу надвое.

Белла, истошно крича уже от боли, упала на пол, и ее пистолет отлетел в сторону Сергея.
В подъезде тоже прозвучали выстрелы, вернув Сергею способность двигаться и говорить.
Он поймал скользящий по полу пистолет Беллы, схватил свой пистолет и выскочил в коридор с криком обращённым, к Юле:
— Контролируй её!.

В подъезде он увидел одного их ребят своей охраны, выскочившего из противоположных апартаментов в сторону апартаментов Сергея.
Пистолет он держал в левой руке, а из правого плеча текла кровь.
— У меня порядок — сказал Сергей. – Пошли, перевяжу. Живые там есть?
— Не знаю. Возможно. Но на ногах никого.
Сергей перемотал раненому плечо, потом перетянул над коленом, ногу Бэлы жгутом, и связал сзади ее руки.
В это время все они уже говорили с Марком, и Марго с девочками уже бежали на помощь Сергею.
Но к их приходу все были как-то перевязаны. Пятеро вегетариан находившихся в апартаментах, куда вошли ребята, были еще и связанны. На всякий случай.
Мёртвым был только Ракки.
А еще, через час с небольшим, самолет, прилетевший с врачами из Крыма, взял курс на Москву.

Глава 24. Со старой знакомой.

— Я уж и не знаю, где ты не сможешь найти приключений. Может тебя тоже в Венев монастырь отправить, или в ещё какую крепость?
— Ты помнишь, как оно было до вегетаризации? Всегда было ясно кто правитель. Он сам выступал и всё говорил. И так на всех уровнях. Теперь по информеру говорю я, с предложениями и мире или с ультиматумами к вегетарианам обращаюсь я, а руководишь ты. Они же не знают, что я просто свадебный генерал? Вот и думают, что если меня убрать, то всё развалиться. Ещё и Джиан так классно меня показал. Я там, прямо, такой умный.
Ракки знал мою сентиментальность и устроил засаду. Пусть на меня и охотятся. Я бы конечно ещё лет семьдесят пожил, но для общины, тем более теперь, потерять меня не смертельно.
— Ну хоть одну охранницу при себе оставил.
— Да. Девочка показала себя просто супер. И на лице у неё никакого беспокойства не было. Как будто в тетрис играла.
— А чем Она этого зеленого так саданула?
— Шилом. Игла с рукояткой. Это её Ольга, когда я был на Фаэтоне, вооружила на всякий пожарный. В тело входит легко, но болезненно. И можно успеть убежать. Она его ещё и прилично метает. Но картина, когда она шило из Ракки вынула, меня вообще поразила. Презрительно. Как из чего-то очень грязного и недостойного.
— Когда твои ребята пленных допрашивать будут?
— Ну, ребята наши. Но я хочу, чтобы все в себя пришли. Иначе как узнаешь, дурят тебя или нет?
— Опять будешь пыткой пугать?
— Так ведь работает. И авторитет у меня, соответствующий. Мне поверят.

И действительно поверили. Ни кто не отказался, как выражался Сергей сотрудничать с дознавателями. Но еще перед тем, как Сергей провозгласил условия дознания, на стадии лечения, вегетарианам поставили информеры с передачами их общины со Средиземного моря. Там полным ходом шла работа по организации туристического сезона, о планах перестройки жилья и растущего потомства. То как росли и развивались плотоядные эмбрионы будущих детей вегетариан, было главной темой. У эмбрионов были уже имена и информер рассказывал, о рекордсменах роста и веса, беря интервью, у их счастливых родителей. Эта тема занимала 80 процентов всего эфира.
Казалось, разные острова вот-вот объявят друг другу соревнование в умении выращивать детей. Разные их ученые выдвигали разные гипотезы о влиянии различной музыки на рост и развитие эмбрионов, о том нужно ли плотоядным эмбрионам освещение и если да, то какого спектра. Один ученый доказывал необходимость тактильного контакта родителей, с эмбрионами, поскольку в естественных условиях, такой контакт присутствует постоянно.

На средиземноморских островах воцарилось счастье, которого община вегетариан, похоже еще не знала с момента появления деградирующих вегетариан второго поколения.

Это счастье и наблюдали прикованные к своим ложам, выздоравливающие пленники. Поэтому информация, которую они выдали, полностью совпадала и была полнее, чем можно было надеяться. Но в основном это были простые бойцы. Они многого не знали. Это была группа Ракки, которую, несмотря на возражения представителей высшей категории, он увёл для ликвидации руководителя каннибалов, как теперь называли плотоядных людей.

Эта группа в подземных городах не была. Но вегетариане действительно ушли в подземные города.

После того как ребята побеседовали с пятью бойцами вегетариан, Сергей пришёл побеседовать с Бэлой.
— Ты пришёл сказать, что меня всё равно убьют? – Спросила Белла хоть и не жёстко, но зафиксированная на своём ложе. – Меня съедят? Ты лично будешь в этом участвовать? У вас есть хоть какой-то суд, к которому я смогу обратиться?
— У нас суд, это я. Так что не переживай. Если бы тобой решили поужинать, никто бы не возился с вставлением тебе нового коленного сустава.
— Ну и дочь ты воспитал. Вся в папочку. Наверное, с рождения людоед. Наше мясо ей нравиться?
— Было время, что другого не было. Надо было выживать. Но почему ты пытаешься поскандалить? У меня в отношении тебя, нет никаких агрессивных планов. Ты уже обо всём рассказала. Я просто пришёл потрепаться с товарищем юности. Может что-то понять. Может что-то объяснить?
— А по-твоему я должна вымаливать жизнь спекулируя тем, что когда-то присутствовала при том, как ты трахаешься, а ты слышал, как я кричу в оргазме? Может попросить резать меня более острым ножом, чтобы не так больно или умертвить прежде чем начать мной… как ты там сказал, поужинать.
— Оставь. Ничего с тобой не сделают, и извини за правду — сомневайся ты в этом, ты говорила бы другим тоном. Но без обид. Я понимаю, что ты чувствовала к Ракки, и не я выбрал его судьбу. Я ведь однажды уже отпустил его, вызвав немалое удивление у своих друзей.
Оставь этот идиотский тон и лучше объясни мне, чего вы не переехали на средиземноморские острова? Что вам там не нравиться?
— А зачем тебе? Придумать еще какую гадость?
— Придумать, как сделать так, чтобы люди, какого бы цвета они небыли, не должны были бы убивать друг друга. Перед нами огромная Вселенная, полная загадок и опасностей, а мы мочим друг друга с таким остервенением, как будто нам, и заняться больше не чем.
— Это война. И не мы её начали.
— Ракки не говорил, что мы это уже обсуждали?
— Говорил. Но всё равно это война.
— Так почему не Крит или Сардиния?
— И знать, что через какое-то время, одни твои потомки будут питаться своими менее удачливыми братьями? Я люблю своих детей и как бы неправильно, с твоей точки зрения, они не выглядели. Теперь двоих ты как-то превратил в овощи, а двое других исчезли и наверное погибли. О каком мире ты говоришь? Отер, был ведушим специалистом в генетике, а Павел разрабатывал новую симметрию девятимерного пространства.
То, что они иначе, чем ты выглядели, не значит, что они были тупыми. Мои мальчики были гениальными.
— Но ведь мы никого не начали уничтожать, пока не начали уничтожать нас? Я тоже хочу радоваться своим детям, внукам и правнукам…
— Которые через определенное время, начнут есть моих внуков и правнуков. Ведь так?
— Аморальность генетических экспериментов не сразу стала очевидной. Но разве это причина нас уничтожать. Ваша линия вырождалась, а вот с бурыми вегетарианами, повезло. Они не вырождаются. Они стали холодоустойчивым видом людей, которого нашей цивилизации не хватало. Не начни вы вегетаризацию твои дети были бы живы. И мои родители были бы живы. Вы уничтожили почти восемнадцать миллиардов людей. Да и тех, кто остался в анабиозе, пока нельзя разбудить. Женщин не хватает. Это как? Или четверо твоих детей, трагедия, а восемнадцать миллиардов это статистика? Короче. Хочешь, чтобы у вас с Ракки были дети? Плотоядные дети?
— Ракки, мертв.
— Ты прекрасно понимаешь, что это не проблема.
Бэла лежала, сжав кулаки, а потом зарыдала.
— Хочу! Хочу!
Когда Белла успокоилась, она сказала.
— Это Ракки добился, что бы вас, с объекта АЗМ, и Североморска отправили без вегетаризации в удобные для вас места, дали вам фабрики культивирования белковых продуктов и что бы вы могли жить по-своему и никого не есть. Думаешь, это было легко?
— Нелегко. Но несколько тысяч плотоядных, находящихся под контролем, можно не опасаться. А постепенно уговорить их или их детей на вегетаризацию.
— Конечно. Но это была бы индивидуальная вегетаризация. Пошли же на это тысячи ваших врачей. И твоя жена, кстати.
— Она мне больше не жена.
— Ты её съел?
— Это грустный юмор, Белла. Она жива. Просто она мне больше не жена, а моим детям не мать.
— Это ты решил, или дети?
— Ну, с моей младшенькой, ты, вернее твоё колено, уже знакомы.
— Да уж. Воспитал убийц.
— Я? Да они просто защищаться научились.
— И на Фаэтон оправлять пойманных каннибалов, а не убивать их, идея Ракки.
— Так вот откуда его непримиримость в желании именно меня, убить?
— Конечно. Что бы хорошего он не делал, ты выскакивал как чёртик из табакерки. Выскакивал и всё рушил.
— После того как ты отправишься в средиземноморскую колонию… Не сразу конечно. Я попытаюсь вытащить Отра и Пашу. Это же они стали «овощами»?
— Они. Ну и что дальше? Как личности они умерли.
— Не торопись. Это я предлагаю очень по знакомству и если захочешь. Через некоторое время…, точно сказать не могу, возможно возникнет возможность восстановить их личности электронейронным воспитанием. Шанс не сто процентов, но шанс есть.
— Слушай, Серега! Зачем я тебе нужна. Скажи честно? Будь мужиком.
— А почему Ракки решил что я вернусь в свою квартиру?
— Он считал, что ты сентиментальный дурак, и обязательно вернёшься хоть один раз. Мы проверили. Тебя там ещё не было. Стали ждать.
— Пристрелить?
— А что с тобой, после всего, что ты сделал церемониться? Кто отдал приказ о применении атомных бомб? Скажешь не ты?
— Ну, в общем, Ракки меня неплохо знал. Так вот: У этого сентиментального дурака остался только один человек, который помнит его молодым красивым и ловким.
— Ты ещё скажи, умным.
— Не хами. Это смешно в данной ситуации. Так вот Белла, этот единственный человек, ты. Ну не чрезмерно, но можешь рассчитывать на протекцию. Всё-таки я не последнее лицо в нынешней администрации.
— Если будет голод, меня съедят последней?
-Ну, типа того.

Глава 25.

А допрос вегетариан дал следующие результаты. О подземных городах вегетариане знали давно, и выяснили это, когда из объекта АЗМ, который люди называли просто Городом, атаковав вегетариан жуками, человеческая община исчезла из их поля зрения. Акты нападения на вегетариан практически прекратились… Оно и понятно, поскольку община обнаружила в Туле системы культивирования белков. Со спутников общину тоже не было видно. В своих поисках, вегетариане нашли информацию о подводных и подземных городах и начали проверять, не туда ли ушли плотоядные люди. Оказалось не туда. Тем ни менее, входы в подземные города и системы бункеров, начали контролировать. Из Невады, через систему бункеров можно было попасть в систему поземных городов, а когда вегетариане были атакованы ядерными бомбами, одна из бомб, самая мощная, в Пекине, отрыла часть проходов в верхних подземных городах.
После ударов, в обстановке секретности туда перетащили много разного оборудования и источников энергии, и когда часть вегетариан, не догадывающаяся о подземных городах, ушла согласившись на предложение Сергея, на поверхности оставили несколько добровольных групп, для разведки и террористических ударов, а остальных спустили вниз.
Какое оборудование ушло вниз, точно ни кто сказать не мог, пленные вегетариане были не того уровня, чтобы это знать, но они знали, что подземные города должны были сильно расширяться. Там было сильное искусственное освещение. А уничтожение озонового слоя, разрабатывалось давно. Началось оно сразу после прибытия корабля с Фаэтона и атак на центры управления.
Несмотря на всю скудность, информация была чрезвычайно важна для человеческой общины. Оставался главный вопрос. Главный практический вопрос: где находятся источники производящие парниковые газы?

Ну что же, с этим некоторое время нужно было научиться жить. В конце концов, есть специалисты, которые с помощью спутниковых наблюдений их анализа должны были это вычислить. Сергей тем временем занявшись другими накопившимися у него идеями по обустройству мира, коллекционировал идеи.
Главной идеей вычисления была та, что парниковый газ, в превышающем естественные значения количестве, должен был обладать повышенной температурой.
Но это если вегетариане не догадались его охлаждать, и если его выход смогут заметить в экваториальных зонах.
Интересную идею предложила юля. Если это газ, то можно полить поверхность той же смесью, что в детских игрушках, для образования радужных пузырей.
Но как полить всю Землю? Где взять такое количество этой жидкости? И можно ли будет на этой Земле, потом жить?
Была идея наблюдения за растительным покровом. В местах выхода парникового газа, растения должны были расти быстрее. И если это место в пустыне, то понятно, а если оно в джунглях?
Уйдя в другие дела, Сергей встретился с Карлом. Жуки вроде бы уже и не к чему и только могут составить неприятности тем вегетарианам, которые жили на средиземноморских островах. А это было совсем ни к чему. Поэтому, сообщить о завершении или замораживании проекта, Сергей решил сообщить старому учёному сам.
Ну и конечно поговорили о скорбности бытия.
— А зачем тебе искать выходы парникового газа? – Спросил Карл.
— Чтобы их перекрыть.
— Ну, перекроешь в одном месте. А если их множество?
— А что делать?
— Ищи способ проникнуть в подземные города и подарить вегетарианам что-то неприятное для них.
— Я уже думал об этом. Но это глубоко, а входы закрыты.
— Ну если, когда-то их построили, можно воссоздать технологии и попытаться достроить один два входа. Планы ведь есть?
— Есть. Ты сейчас свободен. Подключишься.
— Я уже старый. Я спец по насекомым. Есть молодёжь. Есть спецы. Озадачь их.

Вернувшись в Москву, Сергей «озадачил» спецов, но ему всё время казалось, что они недостаточно озадаченны.
Он рассердился и на них и на себя и решил-таки взять положенный отпуск и ни чем кроме жен и детей не заниматься.
Это было прекрасно, поскольку весна уже вступила в свою полную силу. Он поселился с семьёй, в родном Екатеринославе, в доме, выходившем окнами в парк Соборной площади. Всего пару сотен метров, по соборному переулку, и Дворянская площадь, за которой благоухающий сиренью Потёмкинский сад. Но и в Парке на соборной было море персидской сирени. А чуть позже, по периметру Соборной, зацветут изумительные белые акации.
Дома здесь были невысокие. Самым высоким был собор с золотыми куполами, на которых резвилось и играло весеннее солнце. К какой религии относился этот Собор, Сергей не знал. Да и важно ли это. Может лет через семьсот, никто и знать не будет, кто такие вегетариане и из-за чего с ними воевали… если, конечно, будет кому знать или не знать.

На этот раз, Марк организовал тщательную проверку его места жительства, до того, как он вселился в свои хоромы и разместил в домах, по периметру Соборной площади и вокруг дома, где он жил, пару сотен бойцов, для которых это дежурство тоже было отдыхом.
«Прямо, генерал на пенсии» — думал Сергей. Генералами по привычке называли чиновников первой категории.
Категорий уже не существовало, но к своему генеральскому званию, Сергей уже, как-то привык. «Власть развращает» — думал он, но не грустил. Вернее грустил. Ему казалось, что в его юности, сирень пахла сильнее.

День проходил за днём, и время цветущей сирени готовилось смениться временем цветущих акаций. И вот в одно утро, после сильного дождя и ветра, одно, видимо очень старое дерево акации накренилось. Дерево выглядело очень крепким и было полностью зелено. Видимо часть корней, из-за древних коммуникаций сгнила и перестала держать огромный ствол.
Как бы там не было, но Сергей решил, что если этой могучей акации и суждено умереть, то не в то время, когда он приехал полюбоваться ее цветением.

— Марк! – Сергей вызвал Марка по коннекту. – Привет. Мне нужна бригада по установке ёлки… платформа с генераторами.
— Зачем?
— Генеральская придурь. Красивое дерево перед окнами погибает.
— Честно? Никаких вегетариан?
— Честно.
— Ладно…генерал. Пришлю.
— Скоро?
— Часа полтора назад.
— Спасибо.

Когда платформа прибыла, встал вопрос, как выбрать старый грунт, и на его место загрузить новый, молодой с сбалансированным питанием?
Ручная выемка была каторжной работой. Сергей понимал, что ребята ее сделают, если он скажет, но говорить это ему не хотелось.
Раньше, когда дома вкапывали в землю, была какая-то техника. Но в эпоху, когда всё клеилось, она была не нужна и можно ли найти такую технику, Сергей не знал.
— А пылесосом ее! – Неожиданно посоветовала Алина когда он сетовал ей и Ольге на эту проблему.
— Тут, рядом, в горном университете, должны быть большие учебные пневмосборники руды. Нас когда-то водили на экскурсию – Сказала Ольга.
— Девочки! Вы гении!
— А как будет гений женского рода?
— Вы, гениальши!
— Картавите, генерал?
Они хорошо посмеялись, но проблема была решена.
На месте, откуда вынули дерево, пневмосборники собрали грунт из земли камней и какого-то старого, почти неразделяемого мусора.
После этого в пустоту была вставлена висевшая на платформе акация, Аккуратно засыпали мельчайший керамзит с песком пропитанный спец питанием из удобрений и залили водой. Сверху укрепили ствол полукруглыми распорками.
Даже если забыть эти распорки снять, после того как укоренение произойдет, расширяющийся ствол сам их отодвинет.
«День прошел очень продуктивно» — грустно подумал Сергей, привыкший уже к более ответственным делам чем спасение старых деревьев.
А ночью опять была гроза, и дерево выстояло без всяких проблем.
— Завтра в Москву – Сказал Сергей утром своим девочкам.
— Просмотр цветения акаций отменяется? – Спросила Ольга.
— Прежде, вегетариане!

— Ну что ты еще придумал? — Спрашивал Марк глядя в окно на уже ставший родным город.
— Представляешь, если сделать мощные генераторы и мощные пневмосборники… Ну хотя бы увеличив мощность обоих устройств на пятьдесят процентов, а можно наверно и более, то за три недели мы здесь и здесь – Сергей показывал точки на карте в Бафре и Белене, вполне добираемся до подземных городов.
— И что? Идём на штурм против полумиллиарда уродов?
— Нет. Льём туда воду. Много воды. Закачиваем туда море. Устраиваем потоп. Причем, жертвуем сероводородом Черного моря. А в Белене просто направляем туда океан. Одновременно выкачиваем воздух, создаём пневмо-эффект, в Пекине и Неваде. Если до атаки зеленные господа ничего не заподозрят, они обречены. Ну а если заподозрят, интересно как будут защищаться. Потому что следующие точки для закачки воды, будут здесь и здесь. Можно было бы сразу, но на это нет ресурсов… я так прикинул. Главное это сражение без людей и не на своей территории.
— Идея конечно интересная. И попробовать стоит. Но ты в этом участвуешь либо от сюда, либо из другого безопасного места.
— Я даже знаю, какого.
— Какого?
— Вот в этих местах мы взрываем проходы из подводных городов, и я в виде подводного робота, врываюсь на территорию противника. И не один я. Сейчас же ты занимаешься прорывом воды, а я готовлю команду по робото-атаке. Попробуем не дать им забаррикадироваться. Первая группа роботов, которыми мы будем управлять, понесет взрывчатку на себе, что бы иметь возможность взорваться в гуще событий. Оператор взорвавшегося робота, немедленно берёт на себя управление другим роботом.
— Ладно, Чапаев. Попробуем. Я проверю, чтобы ты не мог забраться внутрь одного из роботов.
И оба собеседника расхохотались.

И работа закипела.
Сергей полностью предоставил марку или кого он там назначит, заниматься звукобурением, выемкой грунта и прочим. А прочее там было. Как укреплять стенки котлована, чтобы он не обрушился, когда глубина этого котлована достигнет километра. Сергей знал об этих сложностях, но верил что найдутся спецы, которые это прекрасно решат.
Сам о создал небольшой завод, по производству роботов и нового оружия для них. В одной конечности у робота должен был быть палализатор, который действует на органическую материю, а в другой миниатюрный звуковой генератор, который должен был выполнять единственную задачу – уничтожение источников света. Большего, в силу своей малой мощности, он выполнить не мог, но погасить освещение, каким бы оно не было, должен был. Сами роботы видели в любом спектре и даже звуковом. Сам сигнал посланный генератором и отражённый припятствием, трансформировался для оператора, который управлял роботом, почти в обычное освещение.
«Если вегетариане не запаслись нужными роботами на нужных участках, им придется не сладко.
Начались занятия с операторами.
Из молодёжи были отобраны тысяча человек, которые лучше других справлялись с четырехмерной моторикой. Поскольку у робота было четыре конечности манипуляторов, то нужно было освоить работу со всеми конечностями. На суше, нужно было научиться ходить а в под водой все конечности были оружием, тем более что движители были на теле робота.
Были изготовлены так же микро-роботы разведчики и роботы бомбы. Робот бомба не должен был особо драться. Задача его, и того кто им управлял, была приблизиться к возможной плотине или барьеру, который будут пытаться создать вегетариане и взорваться.
Все работы велись в строжайшей тайне, чтобы не допустить информации о них, для вегетариан обитающих на средиземноморских островах. Собственно всего плана, кроме Сергея и Марка, не знал ни кто. Но и те кто знал о производимых действиях по этому плану, был лишён возможности о нем кому-нибудь рассказать. Ни кто не объяснял, тем кто делает котлован, за чем он нужен, а тем кто тянул трубопроводы для перекачке воды, ни как невозможно было узнать о котловане. И те кто учился управлять роботами, совершенно не могли знать ни о котловане, ни о трубопроводах, ни даже о том, сколько операторов готовятся к управлению роботами и какова действительная цель роботов.
Конечно, несколько человек были в курсе о количестве групп, но небыли в курсе об их задачах.
К этому вопросу Сергей и Марк подошли очень серьёзно. Даже коннекты у тех кто работал на всех этих направлениях были с ограниченной связью и все они были предупреждены, об необходимости держать язык за зубами.
Хорошо было и то, что весь период подготовки и осуществления операции, должен был занять не более полутора месяцев.

Для расслабления Сергей иногда смотрел информер. По новому информеру рассказывалось о том, как восстанавливается цивилизация Земли.
Рассказывалось о жизни бурых вегетариан, об этом, по прежним передачам информера, узнать было нельзя.
Рассказывалось о возобновлении работы разных научных проектов, рассказывалось о новой жизни вегетариан островов Средиземноморья и о том, как они лелеют своё новое потомство.
Неожиданно, в полемической передаче, один парень начал говорить, что в принципе, если бы вегетариане не доводили до абсурда свои идеи, ни кто не сомневался бы в их правильности: «Убивать кого-то, даже для того чтобы есть – аморально» — сказал парень.
Через минуту Сергей звонил Джиану, который теперь был главным на телевидении и скандалил.
— Джиан! Это пропаганда либералистической глупости! Нет ничего аморального в том, чтобы убивать, если речь о том, чтобы жить. Аморально пытаться обойти законы природы. Животные не имеют морали. Они иногда едят и себе подобных и даже своих детей. Например, гуппи. Это такая рыбка. Нет и не может быть ничего аморального в законах природы. Мне кажется, мы уже это прошли. Таким мнениям не место на информере. Может быть за это, за такое мнение, и не надо человека судить, его дело. Но давать ему пропагандировать такое идеи нельзя. Пропаганда говорила, что можно любить человека с другим цветом кожи, а обратное рассматривалось, как расизм, строящийся на сегрегации. Когда-то, в древности, это привело к AIDS унесший миллионы жизней и ресурсов. Правда там ещё была и пропаганда нормальности отношений со своим полом. Ну а не так давно такая пропаганда о нормальности любви людей с разной кожей, привела к жертвам тысяч жизней, которые унёс VIkaPEkle. Чудо, что он был незаразен.
Пропаганда того, что аморально поедать чужую жизнь, привела к столбикам. А всего лишь, вегетарианство и веганство.
— Но ведь есть фабрики культивирования белковых продуктов. Это не чужая жизнь.
— Это чужая жизнь, и вегетариане это прекрасно понимали, иначе бы не было столбиков. Культивирование просто превратило животную жизнь в растительную.
Джиан! Я хочу, чтобы такого на информере больше не было. К чему это ведет, мы очень хорошо знаем! Ты теоретически, а мы оставшиеся на Земле, знаем это своей кожей.
— Сергей! Погоди. Об этом поговорим потом, пока я понял. Появилась более важная информация.
— Да…?
— Только что сообщили, что модули корабля Фаэтона начали приземляться в московских аэропортах.
— Уже лечу! Спасибо!

Глава 26. Письмо Алексей Павловича!

Сергей уже третий раз, на экране терминала, перечитывал посмертное письмо человека, которого считал, чуть ли не большей опасностью, чем миллионы вегетариан.
«Граждане Земли! Жители Фаэтона! Люди, доверие которых ни я, ни правительство в котором я имел несчастье состоять, не оправдали.
Землю постигла катастрофа и я как единственный выживший член того правительства, отвечавший именно за то, чтобы эта катастрофа не произошла, принимаю на себя всю ответственность за случившееся.
Сообщаю Вам, что я был вынужден уничтожить всю жизнь на Земле.
На Земле сейчас ядерная зима и около трёхсот лет, человечеству придётся выживать на Фаэтоне, Европе и Луне.
Потом можно будет вернуться и начать всё сначала, не допуская сделанных однажды ошибок.
Я решил, что моё существование вредно для цивилизации.
Я воплощаю власть и ваши надежды на неё.
Однако я не знаю, что делать дальше. Всё что я обязан был сделать, я сделал, пожертвовав чудом выжившими на Земле людьми. Эти люди герои. Своей непреклонностью и своей жизнью, они дали шанс нашей цивилизации.
Забудьте моё имя, я недостоин памяти, но их имена помните всегда.
И их жизнь на моей совести, как и жизнь навсегда ушедших в небытиё миллиардов.
Оставшись без меня, вам придётся выделить из своей среды новых лидеров, на плечах которых не будет лежать того груза ошибок, который мешал бы мне принимать правильные, прагматичные решения.
Теперь Ваша жизнь будет только в ваших руках, и надеяться будет не на кого.
Я хочу, чтобы Вы справились.
Я не буду давать вам никаких советов. Я уже доказал, что ситуацию я контролировать не способен.
Действуйте по своему разумению, но помните, ничего важнее сохранения искры нашей цивилизации, нашей культуры не существует.
И не судите меня. Я сам вынес себе приговор.
Прощайте».

Он представил себя на месте Алексея Павловича, писавшего это письмо, и у него закружилась голова. Он подумал, что никогда не был бы способен ни на такое письмо, ни на такой поступок. Именно жажда жизни, не смотря ни на что и вопреки всему, сделали его тем, кем он был сегодня.
Он будет плыть, даже если вокруг океан полный штормов и акул. И он, черт побери, выплывет во что бы то ни стало.
Сергей повернулся к Валерке, который сидел за его спиной.
— Ну что. Жаль, что он не дожил до того, что бы увидеть, как мы справились с ситуацией.
— А мы с ней справились?
— Справимся. Ты уж не сомневайся.
— Мне сказали, что сотни вегетариан ушли в подземные города, и уничтожают атмосферу Земли.
— Ты только прилетел. Отдохни недельку. Нет. Ни хрена. Потренируйся управлять подземно подводными роботами.
— Значит, война продолжается?
— Много лишних вопросов, господин офицер. – Сергей улыбнулся – За работу друг. Учиться, учиться и учиться.

Глава 27. Истребление.

В большой кремлёвской гостиной собралось больше сотни человек, которым Марк и Сергей могли беспрекословно доверять. Тут не было не Карла, не Жаны, и других, к кому доверие было полное, но кто, по мнению двух руководителей собрания, мог иначе видеть моральные принципы ситуации. Но здесь были и Валерий с Вадимом, и Филипп со Львом и Эриком. Были Марго и жёны Сергея, которые настояли на присутствии Юли, но категорически настояли, на отсутствии Давида и Александра, которых Сергей хотел позвать.
— Они не боевики, ни физически ни духовно. — Говорила Марго.
— Они не из этой оперы. – Вторила ей Ольга
— Они специи в своём деле, вот пусть им и занимаются. – заканчивала дискуссию Алина.
— И им это будет не очень интересно. – Резюмировала Юля.
— Девочки. Я вас люблю, и вижу, что Вы, девочки, прекрасно спелись, сдался Сергей.
Но это было неделю назад.
Сергей не знал лично всех присутствующих, но Володя, Алик и Виталий, тоже были здесь. Остальных он знал мельком. Это были люди марка. Его сотники и офицеры.
Были те, кто уже частично владел информацией и был частью плана. Дальнейшая завеса секретности среди своих, могла только повредить делу.
Сергей выступил и рассказал о целях операции и о том, сколько роботов на ходу и сколько и каких операторов, смогут повести их в бой.
Марк рассказал о строительстве котлованов.
Оказалось что котлованов было намного больше, чем думал Сергей до того. Котлованов было десять. Два в Бафре, на южном берегу Черного моря Один должен был достать подземный город, который находился здесь на губине километр, другой, намного шире но менее глубокий, был уже залит водой с большим количеством сероводорода, которая в случае изначального отсутствия ее там, должна была бы создать большое течение в проливе Дериндже и вблизи пролива Дарданеллы, что могло быть замечено средиземноморскими вегетарианами. Котлован в Белене и еще несколько котлованов, по побережьям Южной и центральной Америки, были скорее похожи на трубы, деаметром 40-60 метров, отделенные от океана дамбами, которые по прохождению последних двадцати метров, отделявших котлованы от подземных городов , будут взорваны. Такие же котлованы были сделаны по побережью Африки и Азии.
В Пекине и пустынях Невада и Сахара, на выходах из подземных городов, стояли установки, которые должны были создать мощные искусственные торнадо. В двух местах, Караубасе и Сан-Педро, где подземные города переходили в подводные тоже планировалось взорвать клапаны, куда должны были ринуться, сотни управляемых командой Сергея роботов.

Сидевшие в Зале не были слушателями. Они задавали вопросы, чтобы выяснить, всё ли учтено.
— Нужна большая и крупная сеть. – сказал Виталий. Сетью нужно перекрыть, поверхность океана у подводных городов.
— Зачем? — спросил Марк.
— Десятки миллионов трупов не должны расплыться по всему мировому океану. А в сетке, через пару месяцев море с ними справиться.
Предложение Виталия было правильным, но оно вывело наружу, то для чего и устраивалась вся акция. А устраивалась она для истребления сотен миллионов разумных существ. Все это понимали, но будучи сказанным вслух, повесило в зале гнетущую тишину.
— Нельзя жалеть этих зелёных. — Неожиданно сказала Юля. – они хотят лишить нас защиты от солнечной радиации. У нас выбор только один: Исчезнуть нам или истребить их.
Сергей внутренне усмехнулся. Его дочь, только приближающаяся к подростковому возрасту, почувствовал атмосферу в зале, сказала главное. Не зря, Ольга Алина и Марго, настояли на том, что бы ее пригласить на это заседание.
— Какого размера должна быть сеть? – по-деловому прагматично спросил Марк Виталия и зал выдохнул.
Еще час ушел на выяснение различных деталей, но всем уже было понятно, что совещание нужно было не для того, для чего его планировали, а для того чтобы получить одобрение на акцию всех единомышленников.
Это не приказ я ядерных ударах, который отдал Сергей в боевой обстановке. Это было другое. Это было безоговорочное решение о ликвидации врага, принятое новым правительством Земли.

Послезавтра, настало.
Сергей с Юлей и ещё с пятьюстами операторами роботов, находились на одной из хорошо охраняемых баз, сан Сан-Педро.
Они не слышали никаких взрывов. Просто роботы, которыми они управляли, полетели с баржи в воду, и на их экранах загорелись стрелочки целеуказаний. Когда они вплыли в проходы мира подземных городов, вода уже была там. Они поплыли вперед и увидели, что вегетариане уже почти закрыли один из узких проходов, пряпятствую воде. Видимо вода с той стороны ещё шла, но её дорогу интенсивно закрывали. Роботы получили приказ остановиться, и в непрекрытое место нырнул робот-торпеда и взорвавшись отрыл проход который вегетариане пытались закрыть.
Сотни роботов, разделившись на десятки поплыли по разным проходам разнося и уничтожая преграды, которые вегетариане пытались устроить воде. И поток нёс их дальше.
Через несколько километров, проходы устремились в верх, и вода еще не успела заполнить их. Именно в этих местах, вегетариане работали полным ходом.
Появление роботов было для вегетариан полной неожиданностью. Это читалось на их лицах. Роботы сначала вырубили свет, а потом началась ликвидация вегетариан .
Вегетариане оказались не подготовленными к такому течению боя.
Оставив на своём пути сотни вегетариан, десятка В которой были роботы управляемые Сергеем и Юлей, достигли одного из подземных городов.
Воды тут ещё не было. Вода медленно поднималась. Освещение, находящееся высоко над поверхностью, вырубить было нельзя, вегетариане еще не понимали происходящего, но яростно защищались. Несколько десятков роботов, достигли города раньше десятки, где были роботы Сергея и Юли, и возле коридоров, в которые они проникли шел бой, на который десятка Сергея и поспешила.
На роботов обрушивали различные твердые предметы. Всё, что попадалось вегетарианам под руку. Потом подоспела группа вегетариан с огнестрельным оружием и ряды роботов стали редеть.
Но тут наконец пришла вода.
Вегетариане поняли, что занимаясь роботами, они проглядели главную опасность. Вода поднималась сантиметр за сантиметром, а перекрыть коридоры, вегетариане не могли из-за удерживающих их остатки команды роботов. У робота Сергея был поврежден правый верхний манипулятор, а роботу Юли повредили выстрелами оба нижних манипулятора и она упала. Но вода поднялась уже примерно на метр.
— Всем нырнуть – скомандовала Юля и это было правильное рещение. Под водой пули вегетариан перестали быть опасны, для разрушения роботов, а роботы атаковали вегетариан снизу.
Наверно это была жуткая картина, если наблюдать ее с верху. То там, то сдесь, вегетариане либо падали поражённые парализаторами, либо утаскивались под воду, роботами у которых парализаторы, либо манипуляторы их державшие были сломаны.
А вода пребывала.
Через несколько минут, огромный город, со сводом три четыре десятка метров, стоящем на прочных опорах, площадью в сотню квадратных километров пал.
На поверхности воды которая не скоро еще должна была заполнить всю высоту свода, плавали беспомощные вегетариане.
— Пленных не брать. Целые роботы должны начать уничтожение остатков населения города, а получившие серьёзные повреждения роботы, оставлены там где есть, а их операторы должны переключиться на новых роботов и войдя в город атаковать заторы, которые наверняка уже создают вегетариане других городов. Вперёд ребята. Мы сделаем это.

Через четыре часа, передав управление своими новыми роботами смене, Сергей и Юля, перекусили, сходили в туалет, в душ, и через полчаса вновь приняли управление роботами. Смена и передышка нужна была всем.
А ещё, через восемь часов непрерывных боёв и недолгих передышек, на их роботов хлынул встречный поток,. Причём поток был такой силы, что через час роботы выбирались из под сети, в которой плавали десятки тысяч трупов, вегетариан.
Возможно, в каких-то карманах живые вегетариане ещё остались, но с их цивилизацией было покончено.
Остальное сделают команды чистильщиков, несколько десятков, наиболее психологически устойчивых, управляющих роботами операторов, которые должны были очистить подземные города и от живых и от мертвых вегетариан, вернув им первозданную чистоту и порядок. А вдруг, какой метеорит или астероид.
А Сергей с Юлей, отправились в Москву.

— Ты когда-нибудь, отгуляешь свой отпуск, — спросил Марк вошедшего Сергея.
— Боюсь, что теперь у меня отпуск длинною в жизнь.
— Не уверен. Ты да не найдёшь с кем воевать?

Эпилог.

Старушка непонятного возраста, то ли лет ста пятидесяти, толи ста девяноста, сидела в кресле на огромной солнечной веранде. У нее в ногах лежала черная собака средней величины, но с огромной мордой. Собака лежала, скрестив лапы и положив морду на голубые тапочки маленькой девочки, которая босяком гонялась по всей веранде за огромной бабочкой.
Девочка была не то, праправнучкой старушки, не то прапрапраправнучкой. Но любимой.
Старушка аккуратно накладывала на лицо кусок прозрачной, зеленоватой пленки и разглаживала ее.

— Маргарита! А ты картошку сегодня поливала?
— Сейчас полью, бабушка!

Маленькая девочка подошла к краю веранды и набрала на приборной модели замысловатую комбинацию синих и зеленых кнопок. Внизу, под верандой, по обе стороны тропинки уложенной белой шероховатой плиткой, ровными рядами росли, полутораметровые по высоте и метровые по толщине, овальные растения. Между растениями были проложены голубые трубки с пластиковыми ответвлениями, которые кончались маленькими дырочками. К каждому растению одно ответвление. Из ответвлений, в соответствии с программой, закапала вода. Но чтобы картошка, а именно так назывались эти растения, была сочной и толстой, ее надо было поливать и сверху. Душ, стоящий над каждым растением, разбрызгивал воду так, чтобы она попадала в маленькие полу-сантиметровые поры, которых в верхней части растений было множество.

Закончив с манипуляциями, девочка подошла к старушке, которая уже дремала, и слегка дотронувшись до её за рукава, попросила.

— Баба Юля! Баба Юля! Расскажи, пожалуйста, как прапрадедушка колорадским жуком против картошки воевал.

Второе издание.
Продолжение следует…
06-02-2017 год —

• Химера – организм, в котором, окончательно не объединившись, существует генетический материал двух различных организмов.
• Цихлазома – аквариумная рыбка семейства цихлид. Распространены цихлазомы, в южной и центральной Америке.

Послесловие автора.

Уважаемый читатель! Большое спасибо за внимание к моему творчеству.

Предназначено для прочтения исключительно на этой странице.

А) Любая перепечатка и копирование без разрешения автора категорически запрещена;

Б) Автор считает:
Сюжет глобального конфликта людей с клонированными ими существами;
Образ высших животных обладающих возможностью автономного питания за счет фотосинтеза в их организме и (или) на его поверхности, а так же создание существ с этими свойствами;
Технологию воссоздание планеты – из пояса астероидов;
Использование энергии излучения Юпитера вместо солнечного излучения
– своими изобретениями.
При желании использовать эти изобретения требуется получить на это разрешение у автора или очень хорошо заплатить его наследникам, если автор не дождется реализации своих идей в этом мире.

Вышеуказанное в пункте «а» распространяется, как на все языки и формы копирования.

Вышеуказанное в пункте «б» распространяется, как на все языки и жанры, воспроизведения, распространения, публичные исполнения, публичные показы, переработки и пр. так и на научные исследования и публикации в соответствии с охраной моих авторских прав.

Вышеуказанное в пункте «б» я не распространяю исключительно на статичное изобразительное искусство (картины, скульптуры, репродукцию, но не мультипликационный фотомонтаж и комиксы), и ролевые игры (кроме ролевых игр на языке иврит).

Другая фантастика Сергея Ростовцева

© Copyright: Ростовцев Сергей, 2002
Свидетельство о публикации №1202080013
© Copyright: Ростовцев Сергей, 2002
Свидетельство о публикации №1202080012
© Copyright: Ростовцев Сергей, 2002
Свидетельство о публикации №1202080011
© Copyright: Ростовцев Сергей, 2002
Свидетельство о публикации №1202080010
© Copyright: Ростовцев Сергей, 2002
Свидетельство о публикации №1202080009
Дата публикации подтвержденной Copyright — 08.02.2002 04:36

202020800009

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники